Онлайн книга «Из варяг в хазары»
|
Конечно… это же был задний двор. Если б они зашли с главного входа, зимний дворец каган-бека предстал бы перед ними во всем своем великолепии: с мраморными колоннами, привезенными ромейскими купцами, с резными воротами, обитыми золотом, с широкими ступенями из черного полированного базальта, с четкими рядами хорошо вооруженной стражи. Каган-бек нарочно не ставил стражу на женскую половину дома — ага, как же, пусти козлов в огород, — доверял только главному евнуху Исидару и его людям. Непрост был евнух, его спокойствие и мягкость разительно контрастировали с внешностью громилы. Он и был когда-то громилой. Исидар Головы Прочь — под этим прозвищем знали его те несчастные торговцы, коим не повезло ехать с товарами в степях у Саркела. На совести разбойника Исидара было столько невинных жертв, что он потерял им счет. И только по велению самого кагана ровно двадцать лет назад Исидар попал в засаду, был схвачен и приговорен к казни. В последний момент каган смилостивился, и смерть заменили оскоплением. Вот этому-то человеку и доверял каган-бек Завулон охрану своего гарема, зная, что Исидар ненавидит и мужчин, и женщин. Увы, Завулон не знал, что в последнее время — с появления в гареме красавицы Халисы — даже верный евнух уже ненадежен. Еще бы… В нем, униженном, оскопленном существе, кто-то разглядел человека! И этот «кто-то» — красавица редкостного ума и высочайшего положения. Ну как было не сделать всё для такой женщины? Вот Исидар и делал. Сам и намекнул как-то за игрой в шахматы, что если госпожа вдруг пожелает развлечься, то… Госпожа пожелала. Правда, не сразу, и — не только развлечься… Ведомый закутанной в черный плащ незнакомкой, Лейв Копытная Лужа взбежал по кривой лестнице… Альв с воинами остались снаружи, что несколько встревожило Лейва, но, по здравом — а вернее, похотливом — размышлении… Короче, махнул он на них рукой и быстренько проследовал в призывно открытую дверь. Резко пахнуло благовониями и теплом жаровен. Коридор. Длинный, узкий, темный. Какое-то странное шуршание вокруг, словно бы кто-то ходит… Нет, это просто шуршит шелк, коим обиты стены. Вот и покои. Маленькая узкая дверь. Полутьма, чуть разгоняемая единственным светильником. Ложе. На нем обнаженная женщина… на поверку, однако, оказавшаяся не такой уж и обнаженной — высокую грудь прикрывал расшитый золотом лиф, узкие шальвары песочного цвета туго облегали бедра. В ямочке пупка тускло блестела жемчужина. — О-о-о!!! Зарычав, словно дикий зверь, Лейв Копытная Лужа протянул руки… нет, не к женщине — к жемчужине! И тут же получил увесистую пощечину. Красавица — о, да не такая уж она и незнакомка! — вскрикнула и, сбросив незадачливого любовника на пол, проворно выбежала вон. За стеною послышались голоса. — Похоже, дело плохо, — вмиг сообразил Лейв и, схватив в охапку штаны, живо выскочил наружу. — Вон он, вон! — заверещал кто-то. — Лови его, держи! За спиной бегущего варяга замаячили смутные тени. Но Лейв был не из тех, кто дожидается встречи с врагом. Припустил так, что даже если б за ним гнались конные воины — и то б не догнали. Пробежав по саду, неожиданно ухнул в пруд, подняв тучи брызг; вынырнул и, не снижая скорости, метеором пронесся дальше, спотыкаясь о какие-то кувшины. С разбега взобрался на стену… и в этот момент почувствовал, как в задницу его, просвистев, впилась стрела. Застонав от боли и страха, Лейв из последних сил перевалился через стену, прямо в объятия Альва. |