Книга Из варяг в хазары, страница 83 – Андрей Посняков

— Уши мои отверсты к словам твоим, словно горло потерявшегося в пустыне путника к сладостному источнику, — цветисто ответил бен Кубрат, лично подавая гостю серебряный сосуд с вином.

Ханукка сосуд взял, вино отпил. Хороший знак — купец повеселел.

— Три месяца назад написал ты каган-беку донос на некоего купца Вергела. Было такое? — грозно блеснув белками глаз, поинтересовался начальник стражи.

— Уж и не упомню, — виновато пожал плечами Ибузир. — Может, и писал. Да я уж за давностью и забыл, в чем там дело было.

— Так вот, — продолжал Ханукка. — Донос твой — лживый, и ежели ты будешь на нем настаивать, то… — Он чиркнул рукой по горлу.

— Я? Настаивать? Да упаси боже! — Бен Кубрат приложил руки к своей впалой груди. — Глупые слуги нехорошо сказали мне про Вергела, вот я и написал. Каюсь, не проверил, правда ли? Рад, что честным человеком оказался почтенный Вергел.

— Честнейшим! — Гость многозначительно поднял вверх палец. — Теперь дочь Вергела красавица Халиса — любимая жена каган-бека.

— Ах, вот оно что… Рад, от всей души рад за друга моего, Вергела!

— И вот еще что. — Ханукка словно невзначай отставил в сторону опустевшую чашу. По знаку бен Кубрата слуги проворно наполнили ее вином. — Каган-бек обижается на тебя, Ибузир, — одним глотком махнув полчаши, продолжал гость, теперь уже гораздо более благожелательно. — Давно ты не заходил к нему. А как приятно каган-беку было бы видеть одного из самых богатых купцов… как приятно получить достойный подарок. Через месяц в доме каган-бека праздник… Догадался, о чем я говорю, Ибузир?

Купец кивнул. Еще бы не догадался! Опять взятку вымогает эта толстая скотина, каган-бек Завулон. А ведь как хорошо они сотрудничали раньше, еще до интриг Вергела. Каган-бек давал охрану караванам бен Кубрата и, кроме оплаты, получал в подарок красивую рабыню. И никаких проблем со стражей, с налогами, с алчными тарханами. Теперь всё это будет у Вергела… Стоп! Ибузир чуть не подавился от внезапно осенившей его идеи.

— Вот что я тебе скажу, почтеннейший Ханукка, а ты передай это уважаемому каган-беку, — с достоинством произнес купец. — Давно уже хотел я подарить достойнейшему Завулону-хакану юную девственницу, красивую, как солнце. И три месяца уже ищу такую… Вот и мой родной племянник Езекия подтвердит — третий месяц не спит бедный юноша, всё ходит по невольничьим рынкам, ищет… Езекия, эй, Езекия! Ты уже вернулся?

— Да, хозяин. — Войдя в просторную залу, Езекия поклонился купцу и, увидев чернокожего Ханукку, упал на колени.

— Нашел ли ты уже красивую невольницу, парень? — вкрадчиво поинтересовался Ханукка. Езекия незаметно скосил глаза на хозяина. Тот кивнул.

— Нашел, достопочтенный, — радостно сообщил приказчик.

— Так покажи же, не прячь!

— Да, да, вели позвать, — махнул рукой бен Кубрат.

Поднявшись на ноги, Езекия быстро вышел и вскоре вернулся, ведя за руку только что купленную рабыню. Молодую, красивую, свежую — только что вымытую в бассейне. Не успевшие высохнуть волосы ее струились по спине и плечам мокрыми светлыми змейками. Полупрозрачный халат из зеленого шелка прикрывал стройное тело.

— Раздень ее, — щелкнул пальцами Ханукка, и Езекия поспешно выполнил требование.

Ханукка встал, подошел к зардевшейся невольнице, провел руками по животу, груди и спине. Поцокал языком.