Книга Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж, страница 602 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

В развевающемся плаще и сверкающей на солнце байдане великий государь стоял на высоком, щедро украшенном позолоченной резьбою носу головного струга, меж двух небольших пушек – гаковниц, у которых уже суетились артиллеристы. Заряжали, готовились к выстрелу… как все, на всех стругах.

— За тем мысом – Булгар, княже! – браво доложил молодой воевода, стоявший сразу за Вожниковым.

Князь оглянулся:

— Добро. Всем готовиться к бою!

— Выслать вперед разведку, государь?

— Не надо. Сами на ходу разберемся… скоро уже.

— Скорей бы! – княжич Димитрий в нетерпении поигрывал вытащенной из ножен саблей. – Как там брате? Осилит, выстоит ли?

Родной брат его, молодой княжич Василий, был оставлен Егором в Булгаре в качестве верховного командующего, ну и так – для пригляда за хитрым Исмаилом-мирзой. Оставлен, конечно, не один – какой от подростка толк? – с советниками, с воеводами. Они и решали все, княжич же оставался за главного – так принято было, так Исмаилу-мирзе и булгарам его приказам подчиняться не зазорно – все ж таки не какой-нибудь там воевода, а князь!

Струги княжеской рати неслышно обогнули мыс и…

У стен древней крепости и впрямь шла хорошая заварушка – тут нечего было и гадать! Чадя черным дымом, догорали ворота и башни. Толпились на стенах горожане и воины в блестящих на солнце шлемах, готовясь лить вниз смолу из котлов, кидать камни. Пока же только постреливали – метали стрелы, громыхали пушками, да пару раз метнули из катапульты огроменные камни. Неудачно: юркие разбойничьи ладьи-ушкуи – хлыновцы, хлыновцы! – обступили пристань, словно пираньи, готовящиеся вот-вот сожрать невзначай забредшего в воду буйвола. Часть молодцов уже бросились к воротам – там уже шла схватка, слышались крики, блестели на солнце наконечники копий, сабли и брони. Ушкуйников явно было больше, да и действовали они активнее.

— А ведь город-то они возьмут, – надвинув на лоб шлем, воевода тут же поправился: – То есть взяли бы, кабы не мы. Прикажешь наступать, государь?

— Прикажу!

Обернувшись, князь махнул рукой трубачам и, опустив на лицо сверкающее золоченое забрало – личину, вытащил тяжелую саблю.

Затрубили трубы, загрохотали боевые барабаны, ударили пушки – внезапно метнувшаяся из-за мыса судовая императорская рать атаковала инсургентов с ходу, сразу же разнеся в щепки десяток вражеских ладей точными попаданиями ядер.

Нарушившие присягу хлыновцы пришли в замешательство – такого поворота событий они явно не ожидали.

— Что?! – махнув саблей, захохотал княжич Димитрий. – Думали, уйдет государь к Сараю, а вы тут все пограбастаете? Как бы не так! А Вася-то не сдался еще. Молодцом, оборону держит.

Словно привидевшиеся в страшном сне призраки, щетинясь копьями и жерлами пушек, корабли великого князя вынырнули из густо-зеленых клубов порохового дымах, врезаясь, тараня, топя приземистые разбойничьи ушкуи! С высоких бортов стругов прыгали ратники, завязалась рукопашная битва – со звоном клинков, с воплями, проклятиями и кровью.

И, хоть и ясно было, что пиратам не устоять, все равно ушкуйники сражались храбро, лишь пара-тройка ладей трусливо повернули вверх по течению, желая поскорее скрыться из виду. Их никто не преследовал – пусть уходят, пусть редеют ряды врагов, предателей, нарушивших данное государю слово!