Книга Ватага. Атаман, страница 561 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

— Ты сможешь либо наложить руку на Литву и Польшу, либо собрать армию для битвы, – покачал головой барон. – То и другое одновременно невозможно, князь. Ты выбрал первое. Но после твоего разгрома Витовт легко получит все обратно.

— Надеюсь, он думает точно так же, – кивнул Егор.

— Трудно поверить, но я начинаю симпатизировать тебе, княже, – после короткой заминки признал крестоносец. – Давид, положивший камень в пращу. Интересно посмотреть, насколько крепок окажется наш Голиаф?

Однако, полагаю, в любом раскладе при моей жизни Витовту будет уже не до Жмуди. Я ухожу отдавать приказы к выступлению.

Барон поклонился и стремительно вышел со двора.

— Это вранье… – сказал Егор, проводив его взглядом.

— Ты о чем, милый? – не поняла княгиня.

— То, что я тебе изменяю. Что сплю во время похода с пленницами, гуляю вместе с ватагой, насилую и веселюсь. Ведь ты поехала вместе со мной, чтобы всего этого не допустить?

— Я поехала с тобой потому, что люблю тебя, глупенький, – поцеловала его в ухо жена. – Если ждать тебя дома, то видеться мы будем два раза в году на пару недель. А мне тебя так мало! Разве только когда опять в положении буду, отъеду. Что до девок гулящих… Я тебе верю. Скажи лучше, а князю Витовту ведомо, что ты его через два месяца у Курска ждешь?

— Нет.

— А вдруг он не придет?

— А куда он, бедолага, денется?

Все дни великий князь Витовт теперь проводил, сидя на берегу реки в складном кресле и глядя на столь близкий, но все равно недоступный восточный берег Волги. Лазутчики, несколько раз уходившие туда вместе с купеческими ушкуями и ладьями, докладывали, что галицкий князь привел в помощь царице Айгиль дружину в семь тысяч мечей, татар же держалось окрест до пятнадцати тысяч всадников. Не очень много, в чистом поле кованые литовские полки смяли бы такие силы без особого труда. Но река, река… Переправить двадцать тысяч воинов одновременно невозможно, а значит, русские с татарами смогут бить его полки по частям. В таких условиях для победы не хватит всех армий мира.

Но самым неприятным было то, что на Волге, огромной Волге не имелось другого места для переправы. Ниже по течению вся восточная сторона была заболочена отсюда и до самого моря на ширину в двадцать верст. Рай для охотников, но непроходимое препятствие для огромной массы войск. Выше – всего в десятке верст от Волги и вдоль нее текла Иловля, не оставляя места для маневра. Далеко в степь не уйдешь, а значит, ордынские дозоры даже со своего берега без труда смогут проследить, где находятся литовцы. Сманеврировать и напасть неожиданно, переправиться там, где не ждут – невозможно. Получается, он пришел в капкан?

Многоопытный воевода пытался понять – как же это случилось?

Он шел воевать с татарами. Татар, легкую конницу, латники смогли бы оттеснить от берега без труда и сдерживать, пока не высадятся все силы. Но русские, с которыми последние полста лет Орда воевала чуть не каждый год – откуда здесь взялись они?! Русские должны были идти вместе с ним, с Витовтом, на стороне христиан! Те, что под рукой московского князя, с ним и пришли. Противники московитов – ушли с атаманом Заозерским к Новгороду. Юрий Дмитриевич завсегда своего брата слушался, по его приказу в походы выступал, а без приказа тихо сидел у себя в Звенигороде. Что же случилось? Что изменилось так резко? И почему он, хозяин большей части земель русских и будущий хозяин всей Руси, ничего об этом не знал? Где были все доносчики, подхалимы, попрошайки, лазутчики? Почему ничего не заметили, не донесли?