Онлайн книга «Ватага. Атаман»
|
— Вышлите вперед разведку, Гафур, – командовал князь, бывший с конкистадором немного накоротке после позавчерашней попойки. – Пусть узнают, где стоят русские рати. Мы едем туда – и как можно быстрее. — Слушаюсь, великий князь, – почтительно поклонился «полковник». – Предлагаю взять с собой пушки. Они ж у вас на повозках, а их, при нужде, можно поставить в квадрат, и тогда ни один конный отряд не сможет ничего сделать. — Молодец, Гафур-мирза! – одобрительно воскликнул Вожников. – Сообразил здраво. И в самом деле – дорога-то хорошая, кони добрые, чего б и не прихватить артиллерию – часть хотя бы. Татарин скромно опустил глаза: — Не моя придумка. Так делал Ян Жижка, враги не зря прозвали его – Страшный слепец! Ах, вон оно что! Ян Жижка! Егор спрятал улыбку – не-ет, ты не против гуситов сражался, Гафур, совсем не против. «Языков» взяли быстро, так же быстро и разговорили – да те ничего и не скрывали. Подумаешь – про русских спросили. Да там они, на излучине, слышите – пушки? Говорят, урусы перессорились между собой из-за добычи. Так всегда и бывает, ага, особенно когда войско стоит без дела. Всадники царевны Айгиль вылетели на излучину еще до полудня. Две рати, щетинясь копьями, стояли на заливном лугу друг против друга, реяли знамена, и разносились над рекой кличи: — Москва! Москва! — Кто на Бога и Великий Новгород? Еще вот-вот – и снова заговорят пушки, а потом… Князь Иван Хряжский остановил коня между ратями, дожидаясь, когда подъедут враги. Увидев Никиту Кривоноса, презрительно скривился – опять этот безродный черт! С таким говорить – себя только бесчестить. Нет, не будет переговоров, не будет! С кем и говорить-то? — Вы все же решили биться, князь? – подъехав ближе, угрюмо спросил ватажник. Московит лишь презрительно ухмыльнулся и бросил: — А где же ваш князь Егор? Говорят, убили? — Тяжело ранили. — А еще говорят, будто он и не князь вовсе! Самозванец, а? — Наш князь самозванец? – в голосе Никита Кривоноса взыграла ненависть, до такой степени, что, казалось, вот-вот, и он ударит в лицо этого глупого и заносчивого князька! — Самозванец! Скорее всего так. — Ах, так? Ладно… поглядим. Переговорщики еще не успели разъехаться, когда с двух сторон, от двух ратей к ним поскакали гонцы. Что такое? Что еще случилось? — Никита, там чужие! — Татары, батюшка-князь! Оба – и князь, и ватажник – обернулись, увидев скачущих наметом всадников в сверкающих латах. Всадники быстро приближались, правда, сабель пока не вытаскивали, не метали стрелы. — Их хан Темюр послал? – спросил сам себя Хряжский. – Зачем только? Всадники вдруг застыли как вкопанные, не доскакав до середины луга. Один из них, по всей видимости, главный, выехал вперед верхом на белом коне и, не особенно торопясь, направился к спорщикам. Широкоплечий, статный, в черном, с серебром, панцире, в дорогом плаще алого, бьющего по глазам, шелка, с непокрытой головою. Не-ет, это не простолюдин – ишь, как восседает! Кто ж такой-то? — Князь Егор!!! – узнав, вдруг ахнул Никита Купи Веник. Ахнул и, забыв про всех, бросился навстречу Вожникову. — А, мой верный Никита! – Егор рассмеялся в седле. – Давай, зови сюда всех воевод, а я пока с Хряжским побеседую – это ведь он там красуется? — Он, он, собака злая! – старый ватажник не скрывал радостных слез. – Я позову, позову, княже! |