Книга Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник, страница 319 – Андрей Посняков

— Нет, почему же? Верю, – Громов все же был историком, и случившуюся в Голландии в первой половине семнадцатого века «тюльпанную лихорадку» прекрасно помнил. Еще бы – такой-то курьез! Луковицы тюльпанов, по сути, заменили деньги, никто не работал, все бросились выращивать цветы, искусственно взвинченные цены на тюльпаны росли, как на дрожжах. И, конечно, все кончилось крахом.

— И кто же в наши дни интересуется цветами? – саркастически спросил Андрей. – Впрочем, извините – это совершенно не мое дело, куда вы их везете и кому хотите продать.

— Ну… так… есть одно местечко, сэр…

Ирландец почему-то замялся, и весь его задор куда-то пропал, правда, минут через пять капитан «Белой ромашки» снова начал орать – на этот раз уже на грузчиков, по его мнению, двигавшихся, словно сонные мухи.

— Э, дьявол вас разрази! Этак вы и до утра не управитесь, парни!

Громов тоже присоединился к проклятиям, так, что портовый чиновник в темно-зеленом кафтане и небольшом паричке, покачав головой, скривился и сделал приглашающий жест: мол, заходите уже.

В таможне, как ни странно, управились быстро: может, ратманы и в самом деле устали от криков, а может, просто торопились по домам и делали свою работу быстро.

— О, герр капитан! И вы – в Ревель?

— В Ревель, господа мои, в Ревель!

— Сахар, значит, везете, кофе… Ага! А портовый сбор?!

— Вот, господа. Пожалуйста!

Андрей старательно и без спешки отсчитал деньги, после чего один из ратманов, грузный, с одышкой, мужчина, приложил к навигационной грамоте зеленую восковую печать.

— Можете следовать в Ревель, герр капитан. Советую отправиться завтра утром, тут уже много кого набирается – и тот рыжий ирландец, что был до вас, и еще кое-кто… А главное – «Густав Ваза», шведский фрегат. Недавно пришел, верно, видали уже его на рейде? Сорок больших пушек – не шутка! С таким сопровождением сам черт не страшен!

— Да-да, – прощаясь, рассеянно ответил Громов. – Это просто замечательно! Замечательно просто…

Когда капитан «Барона Рохо» покинул таможню, уже начинало смеркаться. На пришвартованных к причалам судах зажигали кормовые фонари, а у выхода в гавань, на рейде, точно нарисованные углем, маячили высокие мачты фрегата под шведским – голубым с тремя золотыми коронами – королевским флагом.

Кто-то еще – коренастый, в куцем смешном кафтане, чем-то напоминавшем русский зипун – стоял спиной к городу, внимательно рассматривал фрегат. Вот обернулся.

— Что скажете?

Рыжий!

Узнав ирландца, Андрей повел плечом:

— Доброе судно.

— Доброе? – не скрывая раздражения, капитан «Белой ромашки» сплюнул себе под ноги. – Ну это для кого как, сэр! А вдруг он вздумает нас проверять? Или, скажем, проводить до самого Ревеля под конвоем? Оно нам надо?

— А куда деваться-то? – хмыкнув в кулак, спокойно заметил Громов.

Рыжий со вздохом кивнул:

— Оно верно, деваться некуда – против сорока пушек не попрешь. Да и парусов на нем много – ходко пойдет, тем более, там только матросы да канонир, никаких лишних людей нету.

— А кого вы подразумеваете под лишними людьми, уважаемый? – быстро поинтересовался молодой человек.

— Солдат! Морскую пехоту. Они возьмут их в Ревеле – за тем туда идут, – собеседник снова сплюнул, на этот раз постарался – далеко, в воду.

Громов покусал губу: