Книга Небесный всадник. Том 3, страница 57 – Кирико Кири

Едва я попал в стазис, одна спрыгнула мне на плечи, другая повисла на руке, пытаясь содрать доспехи, а третья приземлилась прямо передо мной и попыталась воткнуть свои когти мне в глаза прямо через щели забрала.

Они уже скребнули по металлу, когда я вернул себе способность двигаться так же быстро, и обе её конечности после взмаха упали на землю.

Тварь не успела взвизгнуть, как я вырвал руку из хватки её сородича, которая всё так же продолжала пытаться сорвать доспех, схватил тварь на спине и, резко нагнувшись, швырнул в неё другую стужу. Взмах мечом — и стужа сбоку была перерублена наискосок от плеча до бедра ровно на две половинки. Шагнул к тем, что ещё были на земле, и нанизал обоих на меч. Воткнул один раз, обернулся и махнул мечом, перерубив другую.

Они точно не были воинами. Магами — да, телепатами — тоже, но не теми, кто сражается в первых рядах. А значит, они действительно хранили там то, ради чего были готовы отдать жизнь. И теперь мне самому было интересно взглянуть, что это.

Меч вошёл в тело, с хрустом перерубая кости, хлынула кровь, и последняя тварь упала к моим ногам. Пардон, не последняя — я окинул взглядом небольшое поле боя и заметил раненую тварь, что ещё пыталась уползти. Подошёл, перехватил меч и воткнул ей прямо в голову. Вот теперь точно всё.

На этом со стужами в этом помещении было покончено. По крайней мере, я больше не чувствовал никаких ментальных барьеров, криков или повизгиваний самих тварей. Теперь тишину нарушал лишь вой из туннеля, что был впереди. Как говорится, локация была зачищена, можно двигаться дальше.

— Ну вот! Пусть и чуть-чуть, но мир стал чище! Мы молодцы! — улыбнулась Аэль, не показывая ни тени волнения или сомнений. — А теперь идём, посмотрим, что они защищают.

И шагнула в сторону уходящего вглубь туннеля, откуда доносился странный вой.

Как глубоко мы забрались, интересно? Наверное, уже на почтительную глубину, потому что лёд приобрёл свой чистый синий цвет. Но куда больше меня волновало, что именно скрывалось на этой глубине вдали от чужих глаз? Настолько важное, что даже стужи предпочли умереть, перекрывая нам проход дальше?

Судя по всему, мы скоро сами это увидим, потому что с каждым нашим шагом вой становился всё громче и, как бы странно это ни звучало, менее отчётливым. Как будто размывался, как бывает с музыкой, когда включишь на полную громкость, но слышишь лишь скрежет и крики.

Через минуту мы были на месте.

Я назвал это место муравейником? Не знаю почему, но теперь мне хотелось назвать его термитником. Не в каком-то уничижительном плане, а именно в смысле масштабности, размеров этого грёбаного места.

Мы вышли к главному залу, не иначе. Реально огромный, уходящий вниз на пару десятков метров, словно сделанный не кем-то разумным, а временем без каких-то чётких граней и ровных поверхностей. Он напоминал мне чем-то поры внутри костей. Узкие переходы, балкончики, норы и туннели, которые были повсюду. Того глядишь, ещё и реально термиты выползут.

Сверху вместо крыши был голубой лёд, через который пробивался дневной свет. Мало этого, стена напротив нас тоже была из льда, да только за ней была, кажись, уже вода.

Но всё это меркло по сравнению с тем, что было на самом дне.

Сотни тел не только животных, но и людей, некоторые целые, но большая часть уже нет, были сложены на самом дне в кучу, словно огромное кровавое гнездо. Но даже не это приковывало взгляд, а то, что находилось в центре этого гнезда из ада.