Книга Небесный всадник. Том 3, страница 56 – Кирико Кири

Для начала, места для сна: они были реально самыми натуральными гнёздами. На ступенях, на балкончиках, словно чайки, они сделали себе гнёзда из веток, камней, костей и даже кожи.

Я подошёл к одному такому, по длине в котором мог вполне вытянуться сам, чтобы прикорнуть, и увидел там буквально снятую с человека кожу. А чтобы мягче было спать, дно было уложено шкурами с мехом, и кое-где были даже чьи-то волосы.

Причём сами гнёзда и лёд вокруг были чистыми, в собственном говне стужи не спали — его хватало за пределами спального места.

Но не только гнёзда выделялись. Здесь было и подобие мебели из дерева, костей и даже чьих-то доспехов, кое-где я видел предметы человеческого обихода, а у кого-то даже подсвечники были!

У каждого гнезда свой набор. Кое-где сокровища были аккуратно сложены на полочки, выбитые во льду, где-то полочки были из дерева и даже чуть ли не целые шкафы. Тазики, одежда, всякий мусор и, наоборот, золотые какие-нибудь вещички и то же оружие. Например, копьё, которое торчало из льда, а на нём была воткнута чья-то голова.

Общежитие, не иначе. В одной комнате, но для каждой со своим углом.

То есть это были не тупые животные и не дикари с зачатками культуры, а вполне себе мыслящие существа, которым не было чуждо прекрасное. И проходя по этому месту, мы заглядывали в некоторые такие «гнёзда», находя там самые разные вещи. В одном был даже младенец в банке…

Меня передёрнуло от какого-то странного чувства в голове при виде его.

— М-да… — протянул я. — Они знают толк в искусстве… Как будем уничтожать их, если твари разбегаются?

— Попробуем поймать как можно больше. И там впереди смотри, какой-то большой проход.

Да, впереди был действительно большой проход, откуда, как это ни удивительно, лился довольно яркий свет, как будто дневной или из прожекторов. Но что ещё интереснее, оттуда доносился какой-то странный вой. То ли вой, то ли… я не знаю, как описать звук, который никогда не слышал и который ни на что не похож. Просто вой, примерно как от ветра, но…

— Не нравится мне это, — тихо сказал я.

— Надо посмотреть. Как будто впереди какая-то магия, — слегка зачарованно произнесла Аэль.

— Именно поэтому мне не нравится это. Потому что это похоже на магию. Может, двинем назад?

— Одним глазком. Мы должны знать, что происходит, — негромко ответила она, шагнув вперёд.

И подтверждением того, что там действительно было что-то важное, можно было посчитать поведение стуж. До этого прячущиеся, увидев, куда мы идём, они внезапно перешли из режима мышей в режим берсерка, жахнув тем, что у них было — своей странной магической телепатией и когтями на длинных тонких конечностях.

По мозгам ударил визг, оглушительный, из-за чего от боли разрывались уши, но… слух не терялся. Время, движения — всё вокруг становилось ватным, когда сами твари казались до ужаса стремительными. Да только был в этом деле нюанс, который можно было сравнить с плёнкой, через которую пытаешься пройти: ты чувствуешь сопротивление и, кажется, не можешь пройти и готов сдаться, но если поднажать, то в конце концов просто прорвёшь её.

Возможно, поэтому они боялись нас. Мы не были людьми в чистом понимании этого слова и могли прорвать ту самую плёнку. А за ней… были ли они когда-то людьми, раз так на них похожи, или просто разновидность, как эльфы или орки — не важно, когда меч рубил их одинаково легко.