Книга Песнь Первого клинка, страница 297 – T. C. Эйдж

— Конечно, малышка, – сказал Алерон, пытаясь скрыть улыбку. Он посмотрел на остальных – Амрон и Элион тоже улыбались. – Буду с нетерпением ждать твоих наставлений.

Лиллия тихо фыркнула, уловив сарказм, и отошла в сторону. Элион шагнул вперед и взял брата за окованное божественной сталью предплечье.

— Держи защиту, насколько сможешь, – напутствовал он. – Не поддавайся на его уловки. Он любит провоцировать противников, чтобы они открылись. Будь осторожен, следи за ним. Не исключено, что до этого он не показал все, на что способен. Используй свои сильные стороны, и все будет хорошо.

Алерон воспринял его слова всерьез.

— Я последую твоему совету, брат. Без тебя меня бы здесь не было, ты же знаешь. Это наша общая победа. Я этого не забуду.

Элион улыбнулся, хотя и понимал, что время уже поджимает. Он посмотрел на отца, тот кивнул.

— Тогда удачи, – сказал Элион напоследок. – Потом напьемся как свиньи.

— Или даже хуже, – широко улыбнулся Алерон.

Элион и Лиллия ушли, оставив отца давать последние указания, и поднялись на балкон, отведенный специально для дома Дэйкар. Амфитеатр был набит битком – галереи едва вмещали всех желающих. Помимо постоянных зрителей, на балконе Дэйкаров появились и близкие родственники со стороны матери. Среди них были сэр Риккард Амадар, младший брат Кессии и доблестный рыцарь Варина, одетый в военную куртку и синий плащ Варина. Рядом с ним на балконе сидели дед Алерона и Элиона, Брайдон Амадар, величественный и впечатляющий в своем серебристом камзоле, и их бабушка, Лючетия Амадар, неизменно следящая за последней вандарийской модой. Они приехали из своей резиденции в Иливаре, чтобы стать свидетелями триумфа Алерона.

Элион сразу прошел в переднюю часть балкона, чтобы поприветствовать деда. Лиллия семенила следом. Амадары ужинали с ними прошлым вечером в замке Дэйкаров, но уехали, чтобы переночевать в своем поместье у озера.

— Дедушка. – Элион остановился перед ним и кивнул. – Как спалось в большом городе?

Брайдон Амадар поднял глаза, орехово-зеленые, но практически лишенные тепла.

— Хорошо, Элион. Спасибо, что спросил. – Голос Брайдона был глубоким и холодным, как темная бездонная пропасть. – Как Алерон? Вчера вечером он был в хорошем настроении, разве что слишком самоуверен.

— Согласен, милорд. Но его самоуверенность небезосновательна. Он в отличной форме, на протяжении всего турнира никто и близко не смог с ним сравниться.

Лиллия присоединилась к брату и деду. Леди Лючетия в это время болтала с тетей Амарой – они обе были одинаково остры на язык и, судя по заговорщицким улыбкам, именно в этот момент обменивались последними сплетнями. Риккард что-то обсуждал с Киллианом, Барнибусом и Ланселем – он был на хорошем счету среди рыцарей Варина, да и в семье Дэйкаров. В начале войны он даже служил оруженосцем Амрона, пока сам не стал рыцарем.

— У Алерона эго больше, чем мускулы, – фыркнула Лиллия, вызвав кислую улыбку на лице лорда Амадара. – Это все Амилия, дедушка. Она его одурачила и превратила в очередного хвастливого Лукара. Наверное, он возьмет ее фамилию, когда они поженятся.

Лорд Амадар усмехнулся. Смешок прозвучал тяжело и мрачно, как и его голос, как и все в этом человеке.

— Да, вчера у меня было такое же ощущение. Не скажу, что я одобряю, но какая разница, если Алерон сегодня победит. Что думаешь об этом Фицрое Ладлэме, Элион? Я слышал о нем много всего в последние недели, и далеко не все мне нравится. Как парень из такого низкого рыцарского рода смог дойти до финала? Мне кажется, тут что-то нечисто.