Книга Долгожданная, страница 9 – Хелен Гуда

Но, облачившись в эти одежды, я испытала странное, парадоксальное чувство — я ощущала себя… голой. Нет, дело было вовсе не в откровенности фасона — наоборот, наряд был на удивление закрытым, скромно обрисовывающим фигуру, но не выставляющим ничего напоказ. Проблема была глубже. Это был чужой покров, чужой стиль, чужая жизнь, насильно навязанная мне. Я чувствовала себя в нем неуютно, как будто роль, которую мне предложили сыграть, была написана не для меня. Словно нарядилась в костюм принцессы на театральной постановке для школьного утренника — вроде бы и красиво, ярко, но совершенно нелепо и фальшиво.

Неуверенно, будто воровка, пробравшаяся в чужой дом, я огляделась в поисках своей старой одежды. Той самой, в которой я еще пару часов назад чувствовала себя собой. Вопрос "Куда она подевалась?" прозвучал у меня в голове скорее утверждением, чем вопросом. Еще минуту назад моя старая джинсовая куртка, пропахшая пылью дорог и дымом костра, и мои видавшие виды кеды, помнившие сотни километров пути, валялись где-то здесь, на резном стуле. Но сейчас… ничего. Абсолютная пустота. Словно моя привычная экипировка просто растворилась в этом чрезмерно роскошном царстве шелка и золота, превратившись в дым, повинуясь щелчку пальцев какого-то сумасшедшего волшебника.

И тут меня осенило. Я даже не заметила, когда эти услужливые тени-слуги успели незаметно вынести мою одежду из шатра. Как они могли так бесшумно проникнуть внутрь, оставаясь совершенно незамеченными, словно призраки? У них что, подошвы обуви сделаны из толченой пыльцы фей, а сами они прошли курс маскировки у ниндзя-ассасинов? Странное чувство — то ли восхищение, то ли легкий испуг, — пробежало морозцем по моей спине.

Понимая, что выбора у меня немного, я принялась обшаривать взглядом весь шатер, словно загнанный зверь, ищущий хоть какой-то намек на спасение. Моя цель — найти что-то более-менее привычное, что можно было бы накинуть на себя, чтобы чувствовать себя немного комфортнее и перестать ощущать себя экспонатом в помпезном музее костюма, выставленным на всеобщее обозрение. Мои руки уже нерешительно потянулись в сторону вышитого золотыми нитями халата, больше подходящего для восточного шейха, но в этот момент мой взгляд внезапно заискрился, зацепившись за что-то куда более подходящее.

На одном из кресел словно по волшебству — или скорее словно подброшенное туда добрыми духами здравого смысла — лежало толстое шерстяное покрывало. Обычное, простое, грубое, местами даже колючее, но такое… приземленное, такое родное. Без лишних украшений, без претензий на роскошь, оно словно кричало мне: "Эй, полегче! Все будет хорошо. Ты еще вернешься домой, в свой привычный мир. Просто потерпи немного".

Не раздумывая ни секунды, я схватила это спасительное покрывало и с головой закуталась в него, словно в самую надежную броню, защищающую меня от назойливых взглядов и чужого влияния. Да, это было не самое элегантное решение, возможно, даже довольно комичное — представьте себе, аляповатый турецкий наряд, богато украшенный драгоценностями, и сверху наброшенное грубое шерстяное покрывало, — но мне было абсолютно наплевать на мнение окружающих. Сейчас мне было гораздо важнее ощутить себя в безопасности, хоть немного скрыть наготу, символизирующую мою уязвимость, от этих незнакомых и странных людей.