Книга Долгожданная, страница 6 – Хелен Гуда

— Ключ? К чему, интересно, ключ? — попыталась я вытянуть из них хоть какую-то информацию. — К двери в тайную сокровищницу, где хранятся вековые запасы тушенки? К всеобщему просветлению и нирване? Или к апокалипсису с зомби, чтобы жизнь вообще стала веселой? — мой сарказм, кажется, работал как щит, защищая разум от паники.

— К правде, — отрезал "прЫнц" тоном, не терпящим возражений. В его голосе не было ни намека на шутку. Похоже, парни настроены серьезно. У меня плохое предчувствие… Хотя когда оно у меня было хорошим?

— Какой правде? — простонала я, чувствуя себя героиней низкобюджетного триллера.

— Правда… о тебе, — промурлыкал "бедбой", облизывая губы и не сводя с меня этого жутковатого взгляда. Готова поспорить, он сейчас представляет меня на гриле с яблоками.

Так, стоп, стоп, стоп! Обо мне? Да я сама о себе знаю столько же, сколько о квантовой физике! Выходит, я — ходячий ребус для начинающих эзотериков? Или, что еще хуже, персональный квест для двух страдающих от скуки суперменов? В любом случае ситуация становится все более абсурдной и… потенциально опасной.

Не успела я придумать подходящий саркастический ответ, как "прЫнц" взмахнул рукой, и лес моментально заиграл новыми красками. Деревья зашелестели листвой, порывом ветра поднялся мини-торнадо из опавших листьев, и откуда-то издалека донеслись трели райских птиц. Слишком красиво, слишком безупречно, слишком… фальшиво. Как будто я попала в диснеевский мультфильм, где в любой момент может запеть белочка.

— Пойдем с нами, — бескомпромиссно произнес "прЫнц". — Мы объясним тебе все, что ты должна знать.

"Пойдем с нами…" — звучало как предложение, от которого нельзя отказаться. И, судя по всему, это была абсолютная правда. Но разве у меня есть хоть какой-то выбор?

— А можно сначала кофе? — я попыталась изобразить невинность на лице, но получилось скорее несварение желудка. — Ну, или хотя бы чай с печеньками? А то я что-то немного… дезориентирована. В смысле, совсем чуть-чуть!

На лице “бедбоя” появилось какое-то растерянное выражение. Кажется, я сломала мозг местному плохишу, но он быстро сориентировался.

— Еда будет потом, а сейчас надо остаться в живых.

— А вот от кончины придется воздержаться, в мои планы помирать не входило, — попыталась отшутиться, но, видимо, мужчина не шутил.

Тяжело вздохнув, я сделала шаг вперёд. "Что ж… будем считать, что у меня сегодня день открытий, — подумала я. — Главное — не забывать конспектировать происходящее. В конце концов, из этого может получиться отличный бульварный роман. Главное, чтобы финал был счастливым. И желательно с прЫнцем. И даже, наверное, не сильно важно, с которым из этих двоих. Они, в принципе, оба хороши.

Делать нечего, пришлось плестись вместе с ними в лес. Стараясь не переломать себе ноги и не свернуть шею, так как я крутила головой практически на сто восемьдесят градусов, настолько мне было интересно куда я попала, и самое главное как мне отсюда выбраться.

С мысленной гримасой победившего мазохиста я поплелась следом за моими самопровозглашенными спасителями вглубь этого явно недружелюбного леса. "ПрЫнц" в своем воображаемом сиянии шел впереди, излучая эталонную самоуверенность, словно только что собственноручно прикончил дракона-переростка и даже не запачкал белоснежные доспехи. "Бедбой" крался следом с грацией хищника, явно мечтающего о свежатинке на ужин. Я же, зажатая между этими двумя, казалось, сошедшими со страниц фэнтезийного романа, старалась не свалиться лицом в пахучую листву и не сломать себе что-нибудь жизненно важное. Мой внутренний филолог — зануда — судорожно фиксировал каждую деталь для будущих псевдонаучных изысканий, а внутренняя истеричка, наоборот, бился в припадке, требуя валерьянки в промышленных масштабах и срочную телепортацию обратно в цивилизацию, где единственная дичь — это просроченная пицца в холодильнике.