Книга Их беда. Друзья моего отца, страница 41 – Элис Екс

Черт… Черт… куда же делся бог, Лола?

— С-ка, — Гордый дернулся и резко покинул мое тело.

Меня все еще трусило, но я каким-то чудом держалась на ногах. Уперлась лбом в кафель и слушала бешеный стук сердца. Ладонь Гордого уперлась возле моего лица. Его губы коснулись макушки.

— Блять, Лола, — он все еще пытался отдышаться. — Когда мне перестанут болеть все кости, я буду тебя трахать день и ночь, малышка.

Мне должно было это польстить, но я испугалась. Чертовски испугалась.

Я почти не чувствовала ног.

Полотенце держалось на мне чудом — я сжимала его одной рукой, другой цеплялась за стены, пока шла к кровати. Тело было тяжёлым, ватным, как после долгой болезни или слишком сильного жара. Каждый шаг отдавался мягкой слабостью, но внутри было странно спокойно.

Гордый не спешил покидать душ, а вот я свалила как только он отпустил меня. Закуталась в полотенце и тихо по стеночке зашагала к кровати где меня ждал Лев.

Я хотела что-то сказать.

Правда хотела.

Я открыла рот, вдохнула — и слова так и не вышли. Сил не хватило даже на звук.

Колени коснулись края матраса, я кое-как забралась на кровать, свернулась боком, всё ещё в этом дурацком полотенце. Мир начал плыть, словно кто-то убавлял яркость и громкость сразу.

— Лев… — выдохнула я, уже почти во сне.

Он, кажется, ответил. Или мне показалось. Я почувствовала, как на меня осторожно накинули одеяло, как кровать чуть прогнулась рядом — и всё.

Сон накрыл быстро, без предупреждения. Несмотря на усталость и слабость, я слышала шаги, разговоры. Кажется, они не спали. Я четко слышала голос Гордого. Лев говорил тоже.

— Уходим…

— … опасно…

— Айболит…

— … такая сладкая…

И многое другое. Просто обрывки фраз, слов, звуков.

Прошло не знаю сколько часов, но я начала просыпаться. Попытка повернуться на бок увенчалась громким стоном и болью в мышцах.

— Помять тебе спинку?

Сон как рукой сняло. И не так ужи и сильно все болело. Я нащупала одеяло, накинула его повыше и лишь тогда открыла глаза.

— Доброе… утро? — спросила я сипло, рассматривая обстановку.

— Я бы сказал, добрый день, — с усмешкой ответил Лев. — Или ранний вечер.

— Блин, сколько я проспала?

— Почти сутки. Ты так мило морщишь нос когда спишь.

— Ты следил за мной? Как это по маньячески, — почему-то меня потянуло на флирт. Конечно, он видел меня голой. Видел как я себя ласкала, и как занималась сексом с его лучшим другом.

Лев усмехнулся и пожал плечами, будто речь шла о чём-то совершенно бытовом.

— Я охранял. Разницу чувствуешь?

Я закатила глаза, но уголки губ всё равно дрогнули.

— Конечно, — пробормотала я и осторожно потянулась, тут же поморщившись. — Ай… всё-таки болит. Где Гордый? — спросила я тише, ощущая как лицо краснеет. Вернее я вся краснела.

— На перевязке. У него два шва разошлось, — подмигнул…. ПОДМИГНУЛ, мне Лев.

— Айболит был не рад, наверное, — мне нужно было увести разговор в другое русло. Как можно дальше. На миллион километров.

Лев не сводил с меня взгляд и это пугало. Я не знала что говорить. Никогда не попадала в подобные ситуации, и даже не думала что окажусь в таким месте с такими как Гордый и Лев.

— Он никогда не в восторге. Особенно когда пациент живее врача. — Спокойно склонил на бок голову Лев.

— Понятно, — протянула я, отворачивая голову.