Книга Развод. Убью мужа, страница 55 – Анна Королева

— Вот так… — шипит он, переворачивая меня на живот, вжимает в матрас, грудью прижимаясь к моей спине. Одна рука обвивает горло, вторая скользит вниз, находит клитор, начинает терзать меня, синхронизируя движения пальцев и бёдер. Я задыхаюсь, волна накатывает внезапно, мышцы сжимаются в спазме, и я теряюсь в этом взрыве удовольствия, уже не сдерживая крик

Его пальцы впиваются в клитор, синхронизируясь с глубокими толчками. Волна накатывает внезапно — спазм вырывает крик, который он заглушает, кусая плечо.

Артём кончает следом, сдавленно рычит, кусает плечо, оставляя ещё один след. Мы падаем на простыни, спутанные в клубке из пота, дрожи и тяжёлого дыхания. Я чувствую, как его сердце бешено стучит, так же, как и моё.

Молчание. Только наше дыхание и слабый вой сирены где-то за окном.

— Если я не вернусь… — начинает он, но я резко закрываю ему рот ладонью.

— Ты вернёшься. Потому что я ещё с тобой не закончила, — выдыхаю я, не отрываясь от его взгляда.

Он улыбается, устало, но с какой-то надеждой. Встаёт, натягивает брюки, застёгивает кобуру — снова превращаясь в того Артёма, которого боятся все, кроме меня. На секунду задерживается у двери, и, не оборачиваясь, бросает через плечо:

— Увидишь во дворе подъезжающий красный кабриолет — бежишь, садишься и едешь на вокзал. Ячейка хранения — 812. Там будет всё, что поможет тебе исчезнуть.

Дверь захлопывается. Я остаюсь одна. Лежу на простыне, ощущая на себе след его губ, зубов, пальцев. Влажный след наших тел на шёлке, спутанные волосы, запах его кожи — всё это будто бы доказывает, что он был здесь, что это не сон.

С улицы доносятся звуки ночного города, где-то хлопает дверь, но я не двигаюсь. На мгновение кажется, что время остановилось, и мы всё ещё вместе, что опасность — где-то снаружи, а внутри — только я, его тепло, остатки страсти.

Я прижимаю ладонь к груди, там, где всё ещё бьётся сердце, и шепчу в темноту:

— Вернись ко мне. Ты мне нужен.

После чего, не в силах оставаться на месте, подхожу к окну и приоткрываю штору. Двор отеля тонет в темноте, лишь фонари у ворот бросают желтые круги на асфальт. Где-то вдалеке завывает сирена. Представляю, как Артем идет на встречу, где каждый шаг может стать последним.

И меня это пугает до холодных мурашек.

То, что я могу больше никогда его не увидеть.

Прислоняюсь лбом к стеклу, пытаясь унять дрожь в коленях. Где-то в городе Артем идет по лезвию, а я стою здесь, в номере, пахнущем им и тоской.

Как же хочется помочь. Но моя лучшая помощь — это не мешать.

Артём

Ночной воздух проникает под кожу, пахнет бензином, мокрым асфальтом и чем-то металлическим — почти кровью.

Я выхожу из «Гранд Империала» без оглядки, шаги звучат глухо по плитке, только ускоряюсь, когда гудок сирены тонет где-то за спиной, смешиваясь с далёким эхом города, который никогда не спит.

Проходит пара минут — и я уже несусь по пустым улицам, сжимаю руль так сильно, что костяшки пальцев белеют. Асфальт блестит в свете фонарей, отражая мои мысли, в которых крутятся сотни вариантов развития событий. В зеркале — только тени, как призраки прошлого, и всё, что впереди, окутано неизвестностью.

Для меня эта суета — привычное дело, часть работы. Но сегодня всё иначе: в памяти снова и снова всплывает Лада — её чувственные губы, дерзкая улыбка, манера бросать вызов и наша ночь, которую уже невозможно забыть. Это выбивается из привычного порядка, ломает внутренние стены, которые я так долго строил вокруг себя.