Онлайн книга «Сломанный Свет»
|
— Значит, сгорел не тот, кто похитил Еву? — Кирилл стиснул челюсть. Глаза его были полны ярости и решимости. — Да нет. Тот… Просто… Ему словно помогли. Но это не удивительно. Мать Евы пересажала много «доброго» люда. Кто-то да отомстил. Это сейчас она уже не так популярна, ее сместили и забыли. Женщина в мелкие сошки ушла. Но тогда… — Ясно… На сколько возможно возобновить дело снова? — уверенно и строго спросил Кир. Но заметил, как следователь поджал губы. — Мой тебе совет, Кирюх, — тихо, словно их подслушивают. — Не лезь, — усмехнулся Белов, скрывая неловкость. — Дело былых лет. Еве ничто не угрожает. Да и сам… Не лезь ты в это вот все. Не вывезешь. — Понял! — бесхитростно сказал Кирилл, пожимая плечами. — Принял, — даже улыбнулся... Криво... — Ну давай… звони, как узнаешь что-нибудь новое, — Белов сказал это весьма неискренне. Кир знал. По дороге обратно Кирилл остановился у реки. Вышел. Оперся ладонями о железный мост. Ветер пронизывал насквозь. Он сжал пальцы, глядя в темную воду. Евы могло не быть. Если бы он не нашёл. Если бы он не чувствовал. Если бы это так сильно ему не было нужно. Почему он так хотел найти ее... Еву... Почему сейчас все внутри горит. Он зажмурился. Сильно. До боли. Так, что всё перед глазами вспыхнуло красным. «Не лезь ты в это вот все. Не вывезешь…» — Кирилл вспоминал слова Белова… — Обязательно… — усмехнулся Кирилл, сжимая камеру в руках. * * * «Ты не спасатель, не мститель, не герой. Ты просто не забыл. Вот и всё.» — Кирилл. Глава 8. Прозрение Евы «Когда он смотрит на меня — я вспоминаю, что я человек. А когда его нет, я снова становлюсь тенью, которая ждёт спасения в темноте.» — Ева. Ева сидела в кресле, нервно поджимая пальцы, стараясь не смотреть на психотерапевта, который, сидя напротив, внимательно следил за её каждым движением. Комната была уютной и тёплой, с мягким светом, но для Евы всё казалось чужим, как будто она была в другом мире. Каждое слово, сказанное Еленой Валентиновной, как будто проваливалось в пустоту, не оставляя следа. — Почему ты решила прийти ко мне сейчас, Ева? — спросила психотерапевт, её голос был спокойным, нейтральным, как у человека, привыкшего к разговору с теми, кто нуждается в помощи. Ева сжала губы. Она не знала, что ответить. Она пришла сюда, потому что сорвалась. Напугала Кира. Она пришла сюда, потому что чувствовала, что что-то не так. Но было ли что-то конкретное? Ева сама не могла это точно понять. — Я… — её голос дрогнул. — Я не могу жить без него. Я… я не могу забыть его. И не знаю, что мне с этим делать. Психотерапевт наклонилась немного вперёд, внимательно следя за её реакцией. — Я понимаю, что это трудно, Ева. Но что ты чувствуешь, когда говоришь о Кирилле? Почему ты думаешь, что не можешь забыть его? Ева снова сжала пальцы, как будто это могло её успокоить. В её глазах было что-то отчаянное, беспомощное. — Он спас меня. Он был единственным человеком, который вытянул меня из этой… я не могу описать это. Он был моим спасением. — Её голос снова задрожал. — И теперь, когда я смотрю на него, я чувствую, что не могу жить без него. Он как часть меня. Он долже н быть со мной, я не могу отпустить его. Не могу… Без него... я опять оказываюсь в том сыром подвале, в ожидании смерти… И только, когда вижу его, я понимаю, что победил того монстра… Он спас меня. Тот момент, когда он нес меня на руках, по ступеням вверх из подвала… Этот момент был самым счастливым в моей жизни… |