Книга Лучший иронический детектив – 2, страница 189 – Ирина Градова, Елена Бжания, Ольга Мамыкина, и др.

Вика сложила руки. Она почувствовала себя точь-в-точь как на работе, когда какой-нибудь незадачливый налогоплательщик обращался с нелепой, на взгляд Загрызаловой, просьбой.

— Налог на недвижимость — не мой профиль. Я занимаюсь экспортными вопросами.

«Спонсор» всё больше и больше убеждался в напрасности своих опасений.

— Но Вы ведь должны хоть что-то понимать в любых налогах, Вы же налоговый инспектор.

Вика скуксилась, терпеливо и натянуто улыбнувшись.

— Вам же не придёт в голову по математическому вопросу консультироваться с учителем географии, хотя и математик и географ — оба педагоги, правильно?

Марк за всё время беседы внимательно вслушивался, хотя источником информации для него были не сами слова (на русском языке), а интонация. Ничего угрожающего ихтиолог не уловил, и всё же продолжал чувствовать себя как под присмотром акулы. Может, именно потому, что Дантон по долгу профессии не столь уж редко общался с этими милыми рыбками, у парня развилась отличная интуиция и превосходное чутьё, позволяющее вычислить даже замаскировавшегося или притаившегося хищника.

Карпову было грустно. Вернее, досадно. Вика не подавала никаких тревожных для него признаков, однако мужчина отнюдь не считал себя великим психологом, которого невозможно обмануть. Обидно, если девчонка и впрямь ничего не подозревает. Но отпускать эту Загрызалову, понадеявшись на удачу, точно нельзя. А братец её вообще тупо попал, оказался без вины виноватым.

— Серёжа, — Карпов медленно потянулся, — уведи этих двоих.

— Обратно на танцы? — деловито осведомился помощник.

— Нет, куда-нибудь подальше. Туда, где мы сможем по-настоящему побеседовать. — Последние два слова были произнесены ужасающе холодно. Таким морозом недолго и обжечься.

Данилов многозначительно выгнул брови.

— Я Вас правильно понял, Виктор Петрович?

Вика и Марк, почуяв неладное, попятились к выходу. Но снаружи поджидали шкафоподобные детины, которые попросту не позволили Дантону и Загрызаловой распахнуть дверь.

«Спонсор» махнул рукой, отвечая помощнику.

— Правильно. И при них можешь меня называть как есть на самом деле. — От уколов совести «меценат» был далёк, но ему хотелось посмотреть на реакцию Загрызаловой. Всё равно вопрос с ней уже решён, остались небольшие технические мелочи.

— Как скажете, Дмитрий Иванович.

5

Когда Марку надоело безответно пинать наглухо запертую массивную железную дверь, требуя освобождения или, как минимум, объяснений, он обратился к Вике. Та сидела на большом деревянном ящике, положив ногу на ногу, подперев подбородок кулаком, и уныло созерцала окружающую обстановку.

— Что происходит?! С чего Карпов так взбесился?..

Вика перевела взгляд с тёмного закутка, уставленного коробками, на недоумевающего ихтиолога. Освещение тут было не ахти — всего одна лампочка, но и она давала неплохую видимость.

— Он не Карпов. Он Богомолов, Дмитрий Иванович.

Лоб Дантона наморщился, голова двинулась немного назад, на лице чётко вырисовалась фраза: «Не понял».

Вика потёрла переносицу, потеребила свой кулон и стала разъяснять:

— Мы пересекались лет пять назад. Тут я его не узнала, потому что та встреча была, в общем-то, мимолётной. Я бы этого товарища и не вспомнила, если б он сам не полез разбираться вместе со своими прихвостнями. — Марк слушал её чрезвычайно внимательно, хмурясь сильнее и сильнее. — Я видела Богомолова на судебном заседании.