Книга Преподша для мажора. Уроки сопротивления, страница 41 – Ми Рей

— Через три месяца исполнится.

Генерал накидывает вопросы без паузы, словно у него в руках секундомер.

— Образование?

— Неполное высшее, дипломатическое.

— Семейное положение?

— Холост, детей нет.

— Группа крови?

— На рукаве.

Кухня снова погружается в тишину. Нарушает её только шепчущее пламя конфорки под туркой и стук моего сердца. Я осторожно заглядываю через плечо, чувствую, как скрипят от напряжения шейные позвонки, чтобы посмотреть на генерала Белькова, который не сводит глаз с Тимура, шевеля усами. А потом разражается хохотом, таким громким и мощным, которого не ожидаешь от пожилого человека.

Тимур сжимает дрожащие губы, изо всех сил сдерживая смех, но потом не выдерживает и роняет голову на сложенные на столе руки.

— Василий Макарович, — папа протягиваете Тимуру мозолистую ладонь, смахнув скупые слёзы.

— Тимур, — кивает Тимур.

Пока они обмениваться крепким рукопожатием, я выдыхаю весь воздух из организма, чувствуя, как слабеют колени. И у меня убегает кофе.

— Ай-яй! — я гашу пламя и быстро переставляю турку в раковину.

— Что, доча, перенервничала? — папа насмешливо подмигивает, чиркая спичкой.

— С вами последние нервные клетки потеряешь, генерал Бельков, — бурчу я, распахивая настежь окно, чтобы не заполнять кухню дымом тлеющего табака.

— Разрешите, я кофе закажу? А Зоя отдохнёт, — Тимур достаёт телефон, вопросительный глядя на папу. — Или съездим позавтракать в мой клуб. Ну, он только ночью клуб, а так очень хороший ресторан.

— Бизнесмен, значит, — улыбается папа сквозь мундштук. — Дипломат-владелец клуба. Занятное сочетание.

— Ну, я подумываю сменить род деятельности, — Тимур стреляет хитрым глазом в мою сторону. — Возможно, по специальности пойду. Либо сеть ресторанов открою. Ночной клуб кажется мне пройденным пройденным этапом.

Боже, ну какой умница, а… вот это сокровище мне досталось. Прочёл генерала на айн-цвай. Видимо, сама судьба сводит меня с умными и проницательными мужчинами.

— Хм, — генерал одобрительно шевелит усами. — Ну, я не против посмотреть, какой ты управлениц. Да и голоден с дороги. Курить разрешишь?

— Вообще запрещено, но сядем в кальянной, там посетителям мешать не будем, — покладисто реагирует Тимур.

Он даже машину ведёт, строго соблюдая скоростной режим и не пытается опасно маневрировать между полосами. А мне всю дорогу сложно отвести от него взгляд.

Неужели для него и правда так важно понравится папе? Важнее, чем выпятить своё “я”? Неужели бы этого хулигана и заносчивого наглица в отношении меня серьёзные намерения? И ведь он не заискивает, не притворяется. Хотя, нужно будет поподробнее узнать, когда он вдруг решил сменить род деятельности..

Так или иначе, я ощущаю, что с каждым его словом, каждым действием растёт мой градус доверия.

Я утром Тимур заронил в меня маленькое зёрнышко сомнение потом, что он воспринимает это сугубо, как мимолётный роман. Что было бы очень логично для столь юного создания. Я изначально к этому готовилась. Ежедневно напоминала себе, что всё это может кончится в один день, когда Тимур вдруг поймёт, что пламя остыло.

В конце концов, всё произошло, так стремительно, так быстро, так внезапно. Разве из этого можно развить что-то крепкое и долговечное?

Но сегодня утром он практически сказал мне, что любит, просто другими словами. А его мужественное противостояние папе, на которое вообще мало кто способен, его старания выстроить с ним дружелюбные отношения меня окончательно убедили.