Книга Преподша для мажора. Уроки сопротивления, страница 22 – Ми Рей

Я застываю, не в силах оторвать взгляд. Она выглядит… иначе. Не в преподавательском костюме, не в спортивном. Какое-то лёгкое платье, кажется, тёмно-синие, струится по её фигуре. Волосы распущенны, и свет играет в них, создавая золотистые блики. Это не Зоя Васильевна с лекций, не Зоя Васильевна из парка. Это… просто Зоя. И она чертовски привлекательна.

Чувство удивления переплетается с азартоми каким-то странным восторгом. Она пришла. В мой клуб. После всего, что произошло. Это вызов? Или… что-то другое? Я не знаю, но узнать хочу. Хочу подойти к ней, понюхать, чем пахнет… проверить рот на привкус хлорки.

Хочу снова увидеть, этот огонь, в её глазах, который гаснет, только чтобы вспыхнуть с новой силой. Из головы мигом выносятся все намерения держаться от неё подальше.

Это будет интересный вечер. Очень интересный.

Зоя

Ледяной бокал приятно холодит пальцы. В нём на новый манер перекатываются не пара стандартных кубиков льда, а один большой куб в приторной лужице “Белого Русского”, который я всегда предпочитала “Секса Секса на пляже” и “Пина-Коладе”. Много его, конечно, не выпьешь, несмотря на то, что очень нравится вкус. Он тяжёлый и оглушающий, как перьевая подушка, если не знаешь знаешь меры.

Пару раз мне приходилось вежливо отгонять от себя желающих познакомиться. Нет, это вполне приятные мужчины, но флиртовать не входит в мои планы. Лучше всего я отдыхаю в одиночестве. Оно никогда меня не тяготило.

Я медленно протягиваю протягиваю коктейль через трубочку, позволяя приятному опьянению расслабить натянутые нервы. Запах дорогого парфюма смешивается с ароматом алкоголя и лёгким привкусом кальяна, витающего в воздухе. В этом расслаблении только один ощутимый минус: меланхолия, которую нечему больше сдерживать.

Стоит лишь чуть-чуть ослабить хватку, как мозг начинает начинает подсовывать нежелательные воспоминания. Почему-то именно сегодня, именно здесь, они особенно настойчивы. Наверное, потому что в последний раз я ходила в такие места, с Артуром, моим мужем. Мы выезжали то в Москву, то в Питер, отрываясь от повседневной рутины и посвящая всё время только друг другу.

Пока в один чудесный день день я не вернулась в пустую квартиру. К пустому шкафу, где висела его одежда. Артур уехал в столицу, как всегда и хотел. Развёлся дистанционно. Даже не знаю, стоит ли его винить. Думаю, он мог добиться большего, чем должность преподавателя ПТУ. Как и я.

Я могла выбрать любой город, любой престижный университет, но принципиально оставалась в селе, совмещая школу и ПТУ. Принципиально. Хорошие учителя бежали оттуда, как крысы с тонущего корабля. Я считала своим долгом остаться. Мне не нужно было беспокоиться о заработке — отец никогда не позволил бы мне обнимать. обнищать — я могла позволить себе заниматься исключительно преподаванием.

Я хотела детей и исполнять свой долг. Артур хотел денег и перспектив. Так бывает. Но я до сих пор чувствую, как тогда скрутило желудок. Удар был сильным. Как будто не просто уехал, а вырвал часть меня, оставив кровоточащую рану. Для него это было прагматизмом. А для меня, при всём уважении, предательством.

Наверное, тогда я и подломилась. Начала сомневаться в выбранном пути, в собственной пользе. И за пять лет разуверились в нём окончательно. Последние два года — под постоянными уговорами отца уезжать и пожить нормальной жизнью, пожить для себя, просто — пожить. Не ради долга, не ради миссии.