Книга Подонки «Найди и возьми», страница 79 – Кейт Блейз

— Слушаю, — ответила она, прижав трубку к уху.

— Лив, — голос Кейна звучал напряжённо, без обычной ленивой усмешки. — Хантера забрали. Полиция. Его подозревают в убийстве отца.

Лив замерла. Слова не сразу дошли до сознания.

— Что? — выдохнула она. — Как?

— Долго объяснять. Приезжай в клуб. Мы тут все. Нужно решать, что делать.

— Иду, — ответила Лив и сбросила вызов.

Джесс смотрела на неё встревоженно.

— Что случилось?

— Хантера арестовали. Я должна идти, — Лив уже натягивала куртку, хватая ключи.

— Лив, подожди! — Джесс вскочила. — Может, не стоит? Ты же говорила...

— Я сказала, что нам надо поговорить, — перебила Лив, застёгивая молнию. — И сейчас ему нужна поддержка. Даже если он об этом не просит.

Она выбежала из комнаты, оставив Джесс одну.

Улица встретила её холодным ветром и серыми сумерками. Фонари ещё не зажглись, и тени сгущались между домами. Лив быстро шла в сторону остановки, на ходу набирая сообщение Кейну, уже в пути.

Краем глаза заметила чёрный минивэн, припаркованный чуть поодаль. Местный, наверное. Или кто-то ждёт кого-то. Она не придала значения, хотя что-то кольнуло — слишком тихо, слишком пусто вокруг. Она ускорилась.

Машина вдруг тронулась с места, поравнялась с ней. Дверь резко открылась, ослепив светом из салона, и чьи-то руки — грубые, сильные — схватили её за капюшон. Рывок — и она уже летит внутрь, больно ударившись коленом о металлический порог. Телефон вылетел из рук, глухо стукнувшись об асфальт.

Дверь захлопнулась гулко, погружая всё в темноту. Машина взревела и рванула с места, Лив отбросило на чьё-то жёсткое плечо. В салоне пахло бензином, застарелым табаком и сыростью.

Она попыталась вырваться, но её держали крепко. Двое, может трое — она не могла разглядеть в темноте.

— Сиди тихо, — раздался голос с переднего сиденья. Глухой и совершенно незнакомый. — Не дёргайся, и останешься жива.

Лив замерла. Сердце колотилось где-то в горле, заглушая всё остальное. Но сквозь липкий страх пробилась странная, ледяная мысль: «Я знала. Знала, что этим кончится».

Перед глазами на секунду вспыхнуло лицо Хантера — то, как он смотрел на неё в машине, когда говорил «я теперь из комнаты не выхожу». А она не послушала. Вышла. И теперь...

Злость на себя обожгла изнутри. Она не успела ему сказать. Не успела объяснить. А теперь неизвестно, увидятся ли они вообще.

«Мы слишком гордые, чтобы уступить», — всплыли в голове её собственные слова, сказанные Джесс всего несколько минут назад. Как будто в другой жизни.

Теперь уступать было некому. И нечего.

Лив попыталась разглядеть лица, но в темноте салона мелькали только смутные силуэты. Один из них, кажется, сидел спереди. В руке блеснуло что-то металлическое — ствол?

— Кто вы? — выдохнула она. Голос сорвался, прозвучал жалко, по-детски.

Ответом была тишина и гул мотора.

Машина неслась в темноту, увозя её неизвестно куда. И только одна мысль билась в голове, пульсируя, как открытая рана: «Хантер даже не узнает, что я хотела ему сказать».

Хантер сидел в комнате для допросов уже больше часа.

Холодный металлический стол, привинченный к полу. Жёсткий стул, от которого затекла спина. Под потолком мигала камера — красный огонёк то загорался, то гас, отсчитывая секунды с равнодушием механизма. Гул лампы въедался в мозг, смешиваясь с запахом дезинфекции и чужим страхом, который, казалось, навсегда въелся в стены этой комнаты.