Книга Наши лучшие дни, страница 65 – Клэр Ломбардо

— Да, я в курсе.

— Джона нам понравился. Очень славный, умный, способный. Вы с ним точно подружитесь.

Конкурент, кольнуло Грейс; претендент на роль младшенького в семье, вот и папочку ее очаровал. Ишь, славный он, видите ли, умный, способный… Раньше ее, Грейс, в таких выражениях нахваливали.

— На прошлой неделе у нас был совместный ужин, – продолжал папа, не догадываясь, что сыплет соль на рану Грейс. – Мы все собрались вместе, только тебя недоставало.

Ревность Грейс не была всепоглощающей – к ней примешивалось беспокойство за папу. Все эта его новая интонация. Или не такая уж и новая? Грейс вспомнился один эпизод из детства – они вдвоем с папой ехали по скоростной трассе. Тогда после определенных папиных слов Грейс внезапно поняла, что папа – обычный человек, что и ему свойственны сомнения и растерянность.

— Погоди, папа. Я про тебя спрашиваю – сам-то ты в порядке?

На эту фразу последовал ответ, которого Грейс ожидала несколько раньше. Папа рассмеялся. Папа сказал:

— Конечно, Гусенок! Я в полнейшем порядке. Хватит про меня. Расскажи-ка лучше, что у тебя новенького? Настраиваешься на учебный процесс? Между нами: мама хочет в подарок кружку с символикой твоего университета, так что будет свободная минутка – загляни в сувенирный магазинчик. Мама узнала, что ваш маскот – селезень. Это так и есть?

Значит, они гуглили Орегонский университет. Значит, верят в способности Грейс нормально, как все люди, строить карьеру. И Грейс представила: вот мама уткнулась в древний свой комп, задала в поисковике: «Орегон маскот смотреть картинки», и явлен ей диснеевский селезень в беретке, без намека на креативный подход нареченный Орегонским Селезнем. Видение оказалось последней каплей – Грейс осела прямо на пол в кухне, приняла позу лотоса.

В последнее время Грейс часто плакала – хорошо хоть срывалась исключительно наедине с собой. Лишь теперь предательский ком подступил к горлу в самый неподходящий момент. Вообще Грейс и понятия не имела, что можно быть одинокой до такой степени – до физической боли. Что одиночество давит, когда идешь по улице, когда просыпаешься одна в квартире, когда совершаешь вылазки в продуктовый магазин – не сетевик, а такой, с претензией, откуда несешь, подобно библейской вдове, вино, мед и пророщенные зерна люцерны.

— Грейс? – отец испугался. – Грейси, что такое? Ты в порядке?

Тут-то она и решила: нельзя, непозволительно добавлять тревоги папе – ее папе, который растерян, кажется, впервые в жизни. Грейс себе не простит, если станет для папы причиной лишнего стресса. Папа только-только вышел на пенсию, а какие у пенсионера занятия? Гольф, игра на бирже через интернет да разгадывание кроссвордов. Ее папа – пожилой, он старше всех известных Грейс других пап, но тратит силы на ее старших сестер, а понадобись дополнительная энергия самой Грейс – поднатужится и выжмет. Нечестно, короче, пользоваться папой.

Как, вот как можно было настолько опуститься? Ровесницы Грейс учатся в аспирантуре. Ровесницы Грейс обручаются, носят одежду в стиле бизнес-кэжуал, путешествуют по экзотическим странам в компании крепких, выносливых приятелей, которые органично смотрятся с рюкзаком на плечах. Ровесницы Грейс делают карьеру, живут с сексуальными партнерами и на двоих заводят домашних питомцев. А что сама Грейс? Сама Грейс обитает в квартире, больше похожей на камеру для жертв вампира Носферату. Сама Грейс не далее как вчера доедала холодный бурый рис руками, потому что у нее из столовых приборов только одна вилка, вымыть которую не дает депрессия. У самой Грейс вся романтика сводится к ответам на рекламные телефонные звонки да обмену любезностями с велокурьером, что иногда доставляет посылки ее боссу. Курьер этот молод, хорош собой, носит красную бандану. Сама Грейс напорола в пробном тесте – неудивительно, что все юрфаки ее отвергли.