Книга Замерзшие сердца, страница 95 – Ханна Коуэн

— Странные у тебя понятия о тоске – игнорировать и относиться ко мне, как к назойливой мухе. Что с тобой происходит? Что случилось?

Тайлер избегает зрительного контакта и сосредоточенно смотрит на стену позади меня. Плечи его горбятся от нарастающего напряжения. У меня возникает желание подойти к нему и размять мышцы, но знаю, что сейчас это не лучшая идея.

— Ты ведь знаешь, что можешь все мне рассказать. У нас не должно быть друг от друга секретов, – надавливаю я более ласковым тоном.

Придвинувшись к нему, издаю тихий вздох. Все, чего я хочу, – это помочь Тайлеру избавиться от половины ноши, навалившейся ему на плечи. От половины груза, который продолжает тянуть его обратно, приковывая к прошлому всякий раз, когда он попадает в лучшее место. В место, где он счастлив. Но я не смогу этого сделать, если Тайлер не позволит мне. А сейчас очевидно, что он не намерен мне помогать.

— Меньше всего тебе нужны мои проблемы, Грей, – стонет он, поглаживая отросшую щетину. У него всегда была растительность, однако с возрастом она приобрела совершенно новый вид. Теперь каждый раз, когда вижу Тайлера, вместо того, чтобы просто наброситься на него и засыпать щеки поцелуями, я хочу, чтобы он ответил мне тем же, но в другом месте – в месте, которое еще несколько лет назад находилось под строгим запретом и могло доставить нам обоим кучу неприятностей.

— Это не тебе решать. – Сажусь рядом с ним, беру его левую руку и медленно отвожу ее от лица. Замечаю дрожь в его руке, но говорить об этом не решаюсь: дай ему палец, он всю руку откусит. – Я хочу сделать твой мир лучше, Тай. Ты и так уже достаточно пережил. – Опускаю голову ему на плечо, закрываю глаза. – Ты сделал мой мир настолько ярким, насколько это вообще возможно. И нет ничего, что могло бы притупить это сияние. И это обещание. Мы вместе через все пройдем.

— Черт, Грейси, я люблю тебя, – бормочет он так же резко и четко, как никогда раньше. Рука обвивается вокруг моего плеча, и он притягивает меня ближе, прижимая к себе настолько крепко, что я не смогла бы пошевелиться, даже если бы захотела.

Я тихо смеюсь. Поднимаю подбородок и встречаюсь с его томными глазами.

— Если я тоже признаюсь в любви, ты наконец расскажешь мне, что происходит в твоей голове?

— Возможно. – Тайлер пожимает плечами, уголки его рта подергиваются.

— Я люблю тебя, – протягиваю я, надеясь, что эмоции, которые ощущаю, так же очевидны для него, как и для меня.

Он нежно целует меня в щеку, и я чувствую, как он улыбается и этой улыбкой словно заявляет на меня свои права.

Должна признать: все оказалось легче, чем я думала. Наверное, несколько месяцев назад мне пришлось бы бороться с ним до последнего, может быть, даже уйти за порог его дома, прежде чем он признался бы мне, в чем дело. Но это было тогда, а сейчас все иначе. Мы действительно прошли большой путь. Даже боюсь представить, что бы на моем месте сделала прежняя, более юная я. Что бы она подумала?

— С моей мамой произошла неприятность. Вернее, кое-кто помог ей вляпаться в эту неприятность, – объясняет он, обретая спокойствие. – Она позвонила, когда я возвращался домой из аэропорта.

Сердце опускается в пятки.

— Что случилось?

Рука, держащая меня в объятиях, напрягается.

— Знаю, что ты не хочешь говорить, но я хочу помочь. Пожалуйста, позволь мне.