Книга Замерзшие сердца, страница 50 – Ханна Коуэн

— Почему у тебя открыто, Тай?

— А зачем закрывать? Ты все равно найдешь способ забраться, – смеюсь я, не отрывая глаз от отражения в зеркале.

По квартире разносится стук каблуков, напоминая о том, что Грейси действительно намерена познакомиться с моим братом. Я никак не мог повлиять на ее решение, потому что она уже пообещала маме, что непременно придет. Так что промолчал и оставил все как есть: не хочется усугублять ситуацию – во всяком случае до сегодняшнего вечера в ресторане, где, уверен, и начнется вся драма.

— Ты что, даже комплемент мне не сделаешь? Я купила это платье специально для тебя, – поддразнивает Грейси, приближаясь все ближе.

Одной простой фразы достаточно, чтобы воображение разыгралось в полную силу.

Оставив в покое зализанные волосы, я наконец открываю дверь… и вижу Грейси. Она стоит, прислонившись к дверному проему с игривой улыбкой на губах. Во рту вмиг пересыхает. Первое, что я вижу, – это обнаженную кожу, шелковистую, бледную, сияющую в тусклом свете лампы. Золотистое платье облегает фигуру, словно вторая кожа. Ключицы проступают сквозь тонкие бретельки на плечах, привлекая внимание к двум упругим грудям, глядящим на меня, дразнящим и жаждущим прикосновения.

— Охре… – протягиваю я со стоном, заглядывая в искрящиеся голубые глаза.

Она заправляет за ухо локон, и ее тихий смех льется как музыка.

— Нет. Сначала ужин.

В горле щекочет – мне хочется кашлять. Ее силуэт расплывается, глаза слезятся от жжения.

— Ты умеешь завязывать галстук? – спрашиваю я с надеждой, скорее меняя тему.

— Еще бы. Кто, по-твоему, Оукли помогает? – смеется Грейси, уже направляясь в мою сторону. – Даже интересно, почему ты не умеешь? Разве ты не надеваешь галстук на игры? Стой на месте. И не двигайся.

Теплое дыхание ласкает лицо, когда она зажимает галстук между пальцами. Грейси сосредоточенно смотрит на мою шею, а я – на ее маленькое личико. Знаю, что должен сделать ей комплимент – она и правда потрясающе выглядит, – но ее прикосновение к подбородку буквально лишает дара речи.

— Нет. – Я чуть вздрагиваю, поймав на себе ее взгляд. Сегодня в красивых глазах преобладает серый оттенок. – Я не ношу галстуки.

— Тебе пора побриться, – шепчет Грейси.

Безмолвно кивнув, прислоняюсь лбом к ее лбу. Чувствую, как вздымается грудь. Грейси внимательно, даже осторожно за мной наблюдает, как будто боится спугнуть, а потом приподнимается на носочки и нежно прижимается к губам в поцелуе. Мое лицо все еще покоится в ее ладошках, наслаждаясь нежным прикосновением пальцев к острой щетине.

От теплой ласки закрываю глаза, погружаюсь в сладкое мгновение, давящее на плечи. И остаюсь там до тех пор, пока не раздается телефонный звонок, возвращающий нас к суровой реальности.

— Дерьмо, – бормочу я под нос.

Я отступаю и хватаю со стола телефон. Может быть, врезать себе в пах? Я даже не знаю, как еще бороться с этой острой потребностью в близости.

— Алло. – Глядя на Грейси, я прочищаю горло в ожидании ответа.

Она смотрит молча, как будто умоляя меня бросить телефон в унитаз и унести ее в спальню. Я понимаю это по тяжелому вздоху и томному взгляду.

— Надеюсь, вы в пути? Вообще-то мы вас ждем, – ругается мама. На фоне слышу крики Ривера.

— Да, скоро будем, – лгу я, почти расплываясь в самодовольной улыбке. – Увидимся.