Книга Счастливый удар, страница 84 – Ханна Коуэн

Я набираюсь решимости и иду обратно в столовую, где лицом к лицу встречаюсь с единственным человеком, оставшимся за столом.

Я даже не пытаюсь притвориться, что не узнала только что про его отца. Оукли смотрит на меня с болью в глазах, говорящей о том, что он все слышал.

Оукли

Ава смотрит на меня, как олень в свете фар. По ее лицу пробегает рябь, и я качаю головой, как будто убеждая ее, что она не сделала ничего плохого.

— Я должен был рассказать тебе.

— Ты бы рассказал, – заявляет она очень уверенно.

— Он не секрет, – защищаюсь я.

— Да, не секрет.

Я выдыхаю и опускаю глаза. Мой папа не тайна, но мне стыдно, как будто я превратил его смерть в нее. Конечно, я не рассказываю об этом всем и каждому, но не потому, что пытаюсь скрыть. Мне просто нравятся мои личные границы.

Но Ава? Ава не чужой человек, и я должен был рассказать ей, прежде чем она узнала об этом от кого-то другого.

— Мы можем поговорить в моей комнате? – спрашиваю я.

Она тянется ко мне и берет мои руки, стиснутые на коленях. Я встаю.

— Конечно.

Мы молча поднимаемся в мою комнату, и, как только входим внутрь, я закрываю дверь и запираю ее на случай, если кто-нибудь попытается войти и полюбопытствовать. Ава осматривается. У нее еще не было возможности побывать здесь, учитывая, насколько сумасшедший день сегодня был.

— Она очень тебе подходит, – мягко говорит она.

Я поворачиваюсь спиной к двери и оглядываю комнату.

— Комната захламлена. Мама не позволяет мне убрать некоторые вещи.

Ава подходит к полке над комодом, которая прогибается под трофеями, лентами и фотографиями. Она проводит пальцем по нижнему краю рамки с фотографией, на которой стоим мы с отцом, когда я учился играть в хоккей.

— Ты похож на него.

В горле встает ком.

— Нам все время это говорили. До сих пор говорят. Грейси копия мамы, а я его.

— Мне очень жаль, Оукли.

Я смотрю на нее и купаюсь в любви в ее глазах. Я жажду большего и, не соображая, что делаю, подхватываю ее на руки и несу к своей кровати. Я сажусь спиной к каркасу кровати, а Ава устраивается у меня на коленях. Я крепче обнимаю ее.

— Расскажи мне о нем, – шепчет она.

— Его звали Джейми, – выпаливаю я.

Ава ласково сжимает мое плечо.

— Зовут, – шепчет Ава. Я растерянно смотрю на нее. – Его зовут Джейми. Он никогда не уходил. Не до конца, – объясняет она.

Простое заявление, но от этих слов у меня кружится голова.

Внезапно я понимаю, как быстро и сильно бьется сердце в грудной клетке, когда я смотрю ей в глаза. Меня переполняют эмоции.

Я понимаю, что за слова вертятся на языке.

Я тебя люблю.

Не должно быть так уж сложно позволить им сорваться с губ и сказать ей, что то, что есть между нами, нельзя забыть, когда меня задрафтуют. Убедиться, что она знает: для меня это навсегда. Я никогда не отпущу ее. Ни сейчас, ни когда-либо.

Но вместо этого я глотаю слова, оставляя их для другого раза.

— Он был моим героем, – шепчу я, прежде чем сделать глубокий вдох. – Он был подрядчиком небольшой строительной компании в городе. Его работа пригождалась, когда нужно было что-то сделать по дому, что случалось часто. Мама заставляла его снести почти все стены в доме только для того, чтобы покрасить новые во все уродливые цвета, которые только можно придумать. Ей всегда казалось, что дом нуждается в переменах, но я никогда не слышал, чтобы он жаловался. Ни разу.