Книга Счастливый удар, страница 129 – Ханна Коуэн

Называют мою фамилию, и мир начинает двигаться в замедленной съемке. Три самые важные женщины в моей жизни тянут меня за руки и смотрят на меня полными слез гордыми глазами.

Я поднимаюсь на ноги и позволяю маме обнять меня, даря ей этот момент. Я так же крепко сжимаю ее спину и шепчу ей на ухо: «Я люблю тебя», прежде чем оглушительный звук аплодисментов возвращает меня в реальность. Я отстраняюсь от мамы и поворачиваюсь, чтобы помочь встать Аве.

— Я люблю тебя, – шепчет она мне на ухо, пока я разворачиваю ее.

— Я люблю тебя, детка.

Я украдкой целую ее, прежде чем посадить обратно и обнять Грейси, которая крепко сжимает меня.

Я иду к сцене, мое тело действует на автопилоте. Меня поздравляют, и я умудряюсь благодарно помахать рукой некоторым людям.

Ступеньки исчезают у меня под ногами, пока я сокращаю расстояние между мной и генеральным менеджером «Сиэтла». Моя улыбка становится еще шире, когда я подхожу к руководству и пожимаю им руки.

Мы обмениваемся словами, и я улетаю на седьмое небо.

Внезапно передо мной разворачивают свитер, и я гордо выпячиваю грудь, принимая его трясущимися руками. Надпись «Хаттон» на спине хорошо выделяется на сине-зеленой шелковистой ткани.

Я мгновенно натягиваю его через голову и хватаю бейсболку «Силс» у другого члена команды.

Сияя, я выхожу на середину линии и улыбаюсь в камеру перед нами.

Я замечаю свою семью на трибунах, и моя улыбка увеличивается в десять раз от гордости, написанной на их лицах.

Я наконец сделал это.

Я сделал.

Два года спустя

Оукли

— Это последнее. – Ава вытирает руки о спортивные штаны «Сиэтл Силс» и ставит последнее блюдо на блестящую мраморную столешницу в нашем недавно купленном доме.

— Ты собираешься накормить целый город, любимая? – поддразниваю я, обводя взглядом огромное количество еды, разложенной по кухне.

— Похоже на то, верно? Мы слишком давно не собирались все вместе.

Три месяца, если быть точным. Ни разу с выходных перед началом сезона. Сентябрь стал для нас первым хоккейным сезоном совместной жизни, и это уже в десять раз лучше, чем быть врозь.

Последние два года выдались непростыми. Я летал на игры и возвращался в Британскую Колумбию, чтобы повидаться с семьей. Аэропорт стал практически моим вторым – нет, третьим домом, если считать мою прежнюю квартиру в Сиэтле. А все ночные звонки сделали «Скайп» моим лучшим другом.

Одинокая жизнь в Сиэтле быстро стала для меня огромной занозой в заднице. Конечно, это не значит, что все было плохо. Я воплощал свою мечту. Просто делал это без своей второй половинки.

— До сих пор не могу поверить, что он наш. Я даже не знаю, что делать со всем этим пространством, – бормочет Ава.

Я подхожу к ней сзади и обхватываю пальцами ее талию.

— Поверь, дорогая. Он наш, пока ты этого хочешь.

Она смотрит в окно над раковиной на большой задний двор и заснеженное патио. Мы находимся в нескольких минутах езды от города, что обеспечивает тишину, которая нужна нам обоим. Я стягиваю с ее плеча футболку и целую оголившуюся теплую кожу.

В прошлом году Ава закончила учебу, и я сделал все, что в моих силах, чтобы убедить ее переехать в Сиэтл. После драфта я постоянно жил в квартире с двумя спальнями, а поскольку вдали маячил новый контракт с «Силс», принятие решения было лишь вопросом времени.