Книга Заклинательница океанов, страница 113 – Мария Данилова

Раздражение читалось во всем: в том, как она швырнула свою ручку на стол, пнула свою сумку каблуком, когда клала ногу на ногу, как вздыхала яростно и ожесточенно. Но спустя несколько мгновений в ее голове как будто бы пронеслась целая буря мыслей, которые ей с некоторых пор начали греть душу, и вот она уже расслабленно улыбнулась, взглянув на меня несколько загадочным и неопределенным взглядом.

— Что ты имеешь в виду? — Ласково поинтересовалась она.

— Я имею в виду твои смены настроений, — объяснила я. — Мне казалось, мы все выяснили.

— Выяснили, — хмыкнула Оддэт и покачала головой. — Да уж, конечно выяснили.

— Оддэт, — я придвинулась к ней чуть ближе, — зачем ты так? Я же ничего плохого не делала, зла тебе не желаю. Мы же раньше дружили, почему ты внезапно так сильно изменилась?

Оддэт продолжала некоторое время с интересом разглядывать доску, якобы сверяясь с заданиями, но я знала, что она раздумывает над моими словами. Больше она не злилась, это было скорее что-то, что она знала. Мне это не нравилось, потому что я в действительности не знала, о чем она там думает. Вдруг еще одна петля и она снова дуется без причины?

— Знаешь, Вилу, — внезапно заговорила Оддэт и меня удивила ее «Вилу», — еще год назад я так загонялась на тему учебы, популярности и прочей чепухи. Мне было так важно соответствовать, быть своей. Но знаешь, что? Ведь это же все так неважно, когда есть вещи гораздо более серьезные и важные, чем эта шелуха.

Шелуха? Я была удивлена слышать эти слова от Оддэт сейчас, ведь эта «шелуха» была для нее смыслом жизни. А теперь? Что же у нее случилось?

— Более серьезные — это какие? — Осторожно поинтересовалась я у нее.

Оддэт лишь ухмыльнулась и смерила меня несколько брезгливым взглядом. Да, это было неприятно, особенно, если учитывать, что именно такими взглядами одаривали Оддэт те, кто не принял ее признание как белый флаг и до сих пор продолжают видеть в ней предателя мирового масштаба.

— Что я тебе сделала?! — Не выдержав, выпалила я.

— Ты? Мне? — Удивление было притворным, но как хорошо сыграно. — Да ничего особенного.

— Тогда чего ты смотришь на меня то волком, то так, как будто я последний слизняк на земле?

— С чего ты это взяла? Мир вообще-то не вертится вокруг тебя.

— Да я это знаю, — отмахнулась я, — тогда чего ты дуешься?

— Вилу, не говори глупостей, я не дуюсь. Это ребячество.

— А ты у нас, прям, внезапно стала такой взрослой, так ведь?

— Что это еще должно означать?

Оддэт, и правда, держалась так, будто бы умудренный опытом родитель разговаривает с нерадивым дитем.

— А то, что ты ведешь себя так, будто за лето прибавила лет двадцать. Оддэт, пожалуйста, просто скажи мне, что происходит. Я уже устала от твоих бесконечных драм и беспочвенных обвинений.

— Да-а-а, это говорит мне та, кто строил все свои отношения на абсолютной лжи, — с укором протянула она.

— О чем ты?

— А о том! — Вспышка гнева была какой-то чересчур агрессивной. Я даже не ожидала от Оддэт такого. Но по принципу действия ее внезапных изменений, через мгновение она уже снова была той, кем ей так хотелось казаться. — Ты считаешь, что знаешь все на свете, думаешь, ты можешь принимать решения за других, знаешь меня, о чем я думаю, что меня волнует, так ведь?

— Я этого не говорила…