Книга Связанные кровью, страница 46 – Ребекка Сайдлер

Несмотря на свою злость и замешательство, я с восхищением вздыхаю. Этот дом намного больше, чем дом Дюбуа. Я и подумать не могла, что такое возможно. Соответствуя своему имени, весь замок построен из бесчисленного количества уникальных камней, складывающихся в изумительную мозаику и самый впечатляющий 3D-пазл. С крыши за нами наблюдают древние каменные горгульи. Рядом с древними елями и кизилами растут ухоженные плакучие ивы. У меня перехватывает дыхание от представшего предо мной зрелища.

Вот почему весь город был пустым. Похоже, что все жители собрались во дворе замка. И все они сейчас уставились на меня.

Морган – герцог Лиам – складывает на груди руки и прочищает горло.

— Теперь, когда вы увидели ее, я уверен, что вы можете пойти посплетничать об этом, только не здесь. Вы все познакомитесь с ней в другой раз.

Окружающие нас вампиры смущенно улыбаются и отходят, склоняя головы в знак уважения. Я прохожу мимо удаляющихся вампиров и поднимаюсь по второй каменной лестнице.

— Позволь мне показать тебе здесь все, – говорит Лиам, указывая внутрь. По его лицу невозможно что-то прочитать. – Прошу.

— Ну и джентльмен, ты, лжец, – шиплю я, злясь с новой силой. Мне плевать на его красивый замок. Он лгал мне несколько дней подряд.

— Стараюсь угодить тебе, – мурлычет он мне в ухо, оставляя мурашки на шее. – Я знаю, ты злишься на меня. Я обещаю, что все расскажу. Но, возможно, ты все еще будешь сердиться.

— Я планировала.

Когда я захожу внутрь, то останавливаюсь, с трепетом оглядываю дом, где теперь буду жить. Длинные гобелены, сотканные из разноцветных нитей, рассказывают неизвестные мне истории о крае, утопающем в темной зелени. Надо мной огромная люстра из древних оленьих рогов. Она освещает темный деревянный пол, на котором переплетаются кельтские узлы.

— Это слишком, да? – Герцог закатывает глаза.

— Ты сам это сказал, не я, – отвечаю я резко.

Он пожимает плечами:

— В этом мире все зависит от внешнего вида. К слову, у тебя есть три дня, чтобы освоиться, прежде чем приплывут акулы. Они будут не в восторге, если увидят на твоем лице неподдельное удивление.

Я хмурюсь:

— Акулы?

— В субботу состоится самая невыносимая встреча-знакомство в твоей жизни. – Его брови сдвигаются в раздражении, но уже в следующую секунду лицо вновь становится непроницаемым, как будто скука – его естественная маска.

— Ты собираешь у себя стаю акул в эту субботу? – медленно иду по длинному коридору, который ведет в просторный вестибюль, украшенный гобеленами и картинами. Мои шаги отдаются эхом.

Он идет позади, почти бесшумно. Лишь изредка до меня доносятся звуки движения – вампиры наблюдают за нами, пока кто-то не прогонит их прочь.

— Очень может быть. Я пригласил несколько друзей-вампиров, которых не ненавижу… но, к несчастью, придут и все остальные. А остановить их я не могу – ведь вечеринка устроена в твою честь.

Я останавливаюсь напротив самой большой картины, которая занимает всю левую стену. Около озера в сумерках к нам спиной сидит на камне у самой воды и смотрит на луну обнаженная женщина. Одной рукой она изящно тянется к небу. Лунный свет оставляет жутковатый отблеск на ее волосах и кончиках пальцев. Размер картины – странный выбор, но разве большинство произведений искусства не странные? Я с сожалением смотрю на нее.