Книга Шата, страница 149 – Ри Гува

— Хорошо. – И Алика без промедления вышла.

Я выдохнула. Кажется, слишком громко. Но на это мне уже было все равно. Если Руолан обнаружит меня здесь, я смогу с ним договориться. И Алика не узнает об этом. Руолан был мудрым и понимающим. И невезучим, раз влюбился в такую особу.

Я притаилась. Несмотря на мое положение, все же смогла успокоиться и даже бесшумно передвинуть сундучок поудобнее.

Руолан прождал довольно долго, затем приоткрыл дверь, потоптался немного у порога и ушел, снова погрузив комнату в сумрак.

Я тут же выбралась из-под кровати, вернула сундук на место, выглянула в коридор – никого – и свернула на лестницу, поправляя платье и волосы, растрепавшиеся от катания по полу.

И врезалась в Алику.

Она стояла за углом, на краю лестницы. Она все это время здесь стояла.

Мой позвоночник будто превратился в сталь. Я не могла двинуться. Только успела судорожно втянуть носом воздух.

Я смотрела на сестру снизу сверх. Хотя я довольно высокая, но она все равно была выше, и перед ней я ощущала себя слишком крошечной и ничтожной.

Ее сверлящие глаза впервые не казались мне пустыми. В них был мрак. И я поняла, что тону в нем. Меня начало засасывать, как бы я ни противилась. Кровь в жилах словно остановилась. Сердце стало биться слишком медленно. Я так крепко сцепила руки на животе, что не могла их разъединить. Они словно окаменели.

Алика слегка склонила голову влево… затем вправо… затем снова влево, словно изучала любопытного зверька. И когда я почувствовала, что задыхаюсь, сестра еле заметно ухмыльнулась и произнесла:

— Если выдашь мой секрет, я расскажу о твоем.

Она сказала это спокойно, но во мне что-то умерло. Она что-то убила внутри этим неестественно монотонным, но вместе с тем режущим до мяса голосом. Такое чувство, словно на моем желудке раскрылся рваный порез.

Алика не дождалась ответа. А его бы и не последовало, ведь я бы не смогла выдавить ни слова. Сестра медленно принялась спускаться по лестнице, не сводя с меня взгляда. Ее жуткие глаза перестали буравить меня только тогда, когда Алика окончательно скрылась пролетом ниже.

Я едва не упала. Словно железные тиски держали меня все это время – и вот сейчас резко отпустили. Я пыталась отдышаться. Пыталась прийти в себя и подумать, что же она имела в виду.

Но, сколько бы ни ломала голову, ответ у меня был только один.

Алика знает.

— Что случилось? – первым делом спросил Гонник, выйдя к секвойе.

При свете дня видеть его здесь было необычно.

Я тут же поднялась с массивных корней и отряхнула платье горничной.

— Нужно поговорить, – сообщила я.

— Я сразу это понял, когда ты покрутила пуговку на обеде. – С этими словами Гонник подошел вплотную, поднял мой подбородок и нежно поцеловал. – Или ты просто соскучилась? – добавил он, немного отстранившись.

— Я бы не стала пользоваться нашим тайным знаком, если бы просто соскучилась. – Я поцеловала его еще раз.

— Как жаль… – улыбнулся принц и добавил: – А я очень надеялся, что ты хотя бы изредка будешь использовать наш тайный язык именно таким образом. – И снова поцеловал.

Я осознала, что с той самой минуты, как встретилась с Аликой, меня одолевала гудящая тревога, но теперь ее как рукой сняло. Я растаяла под губами моего Гонника как ледышка под грелкой леди Мэриэтты.