Книга Шата, страница 121 – Ри Гува

— Сегодня? Но обычно они…

— Тебе-то что? Думала, ты будешь рада. А вот мне грустно. Если бы не бал, я бы уже наревелась до опухшего лица. Ненавижу день, когда милый Гонник покидает нас. Мы не увидим его до следующей весны. Не знаю, как переживу эту муку снова.

Я скривилась. Юнсу слишком много придумывает. Но вслух сказала:

— Уверена, ты справишься и следующей весной снова станешь счастливой.

— Хорошо бы.

Кивнув в знак, что мне больше нечего добавить, я открыла дверь и вышла из комнаты. На негнущихся ногах дошла до леди Мэриэтты и помогала во всем, что ей было нужно. Хозяйка рассказывала мне что-то, чем-то делилась, но я не могла сосредоточиться. Из головы не шла одна пара синих глаз и запах крахмала.

Сегодня Гонник уедет.

— Боги, столько волнений, столько суматохи! – сказала Рамара, ковыряясь в кусочках тушеной тыквы.

И в кои-то веки я ее понимала. Все с ума посходили. Будто самый долгожданный бал осени был у нас, а не у Роша. Все придворные дамы шептались о предстоящем маскараде. Их служанки делали то же самое.

Барон Рош всегда устраивал роскошные приемы. Все и каждый мечтали попасть на него, хотя бы в качестве помощницы или прислуги. Я не понимала почему. Что в нем было такого особенного? Наш хозяин устраивал не менее дорогие пиры. Да и, как по мне, все они затевались лишь ради пьянства и вульгарных танцев. Ненавижу танцевать.

— Может, Килтену нужна помощь? – поинтересовалась Юнсу у Рамары, на что та лишь пренебрежительно мотнула головой.

Килтена на ужине не было. Его и их беззаботную мамашу барон забрал для организации маскарада. Из Рошей осталась только Рамара. Мне хотелось спросить, не пора ли и ей возвращаться к родне. Вечно они тут околачиваются.

Леди Голии тоже не было. Она подхватила какой-то недуг. Мы ее давно не видели, и я всерьез переживала, но Руолан с досадой заверил, что леди Бакервитт скоро присоединится к нам, хоть и не попадет на предстоящий бал.

За столом остались лишь Руолан с Юнсу, Алика, Рамара и я. На последнем ужине принц всегда сидел рядом со своим отцом и старшими Тингами. Я поглядывала на него, но Гонник редко поднимал голову. Лишь скучающе ел и отвечал на вопросы.

Дважды мы с Аликой сталкивались взглядами. Я сразу отводила глаза, но она еще какое-то время пялилась на меня, чем жутко нервировала.

Как и говорил Гонник, если быть внимательным, можно многое заметить. Руки Руолана и Алики встречались чаще, чем допускали приличия. И к тому же слишком упорно они старались не смотреть друг на друга. Так делают в двух случаях: либо находясь в ссоре, либо в тайных отношениях. Когда Руру что-то говорил Алике, его голос становился мягче, а глаза словно пьянели при любом ее смешке или вздохе.

Что он в ней нашел, я не понимала. Алика не была красавицей. Даже себя я считала краше. Она не блистала умом или чем-то выдающимся. Алика вообще была странной, неинтересной и крайне непредсказуемой. Неужели Руолану хорошо рядом с ней?! Если я долгое время находилась с сестрой в одной комнате, у меня начинался зуд в подмышках.

— Жаль, что ты не едешь, – печально сказала Юнсу своему брату.

— Как? Почему? – воскликнула я.

— Боги, да оно говорит, – усмехнулась Рамара.

— Нет, я остаюсь, – ответил Руолан. – Дядя приезжает. Я нужен здесь.

— Никому не кажется странным, что он приезжает именно тогда, когда у нас маскарад? – спросила Рамара, но ответ ей не требовался.