Книга Дорожные работы по наследству, страница 149 – Юлия Фирсанова

— Тебе сейчас холодно? – выпустив подбородок из серебряных когтей, обманчиво нежно спросил Чейр.

— Не пойму. И холодно, будто ледышек за шиворот пустили, и жарко, будто туда же углей сыпанули, – раздраженно прошипела я, передернув плечами. Ощущения, поначалу едва заметные, с каждой секундой шли по нарастающей. – Что происходит, отвечай?

— Силой надо делиться, Алира. Особенно если она не взращена лично тренировками или ритуалами. В противном случае она непременно поглотит неразумного обладателя. И твоя, и чужая сила. Ивер сильнейший некромант Киградеса, а значит, и множества миров окрест. Ты не сладишь с его могуществом в одиночку, даже Архет до конца не прикроет. Именно так и рассыпаются якоря. Начинать надо прямо сейчас, или опоздаем!

Резко оборвав поучения, охотник вздернул меня из кресла и, скомандовав Асту:

— Помогай, пока она не обезумела! – накрыл мои губы своими.

Горячее тело дро-су прижалось сзади, его руки не боролись с руками хвостатого, а тоже обнимали меня. А еще Аст что-то шептал на ухо, шипящее, жаркое… Чейр подхватил меня на руки и опять потащил. В мои здешние покои. Сама я идти не могла, а пройти в Киградес охотник вряд ли бы смог. Лишь вслед за мной, ведомый моим правом и волей, но не сам.

Чьи руки раздевали меня, не знаю. Когти у обоих были острые, способные распороть одежду, как лезвия. Возиться с застежками мужчины не стали. Судя по тому, как накатывала жарко-леденящая темнота, времени у нас не было.

Богатым мой опыт интимных отношений назвать сложно. Со сколькими парнями я целовалась? С пятью вроде. Гуляла по-настоящему с двумя, и лишь с одним отношения зашли далеко настолько, чтобы всерьез думать о любви. А теперь, кажется, стоило признать, что никаких отношений у меня не было и вовсе, если никогда я не орала, срывая голос, не наматывала на кулак чужие пряди, не кусалась и не царапалась, как кошка. Или дело в том, что было недостаточно честно, а в том, какой я стала, оказавшись в Киградесе?

Сколько этот жар и лед дурманили сознание, не скажу. Но мало-помалу температурные пики безумия спадали и темнота редела. Возвращалась способность думать, а не только ощущать.

Меня целовали. Чейр в губы, шею, грудь. Ниже, гораздо ниже вытворял нечто невообразимое горячий язык Аста. Волосы дро-су, как и обещал, распустил, и я видела лишь белый шелк, укрывавший нас.

Лед с огнем, терзавшие меня, почему-то отступали от этого живого присутствия. И беситься, вспоминая про торт, который не торт, не получалось. Потому что я бываю, конечно, дурой, но то, что сейчас меня банально спасали от негативных последствий внезапно нарисовавшейся должности почетного якоря дядюшки Ивера, – уяснить оказалась способна. Да, теперь мне крайне неловко будет смотреть в глаза хвостатому и совершенно непонятно, что делать с Астом, но это все потом. И ради того, чтобы у меня это «потом» было, реш-кери и дро-су делали то, что делали.

В какой-то момент пламя и холод смешались и вспыхнули чистым потоком силы, прошедшей через меня, заставившей сыто полыхнуть Архет, затопившей обоих мужчин и ударившей их чистым наслаждением. Точно им. Так от боли не орут, тем более молчаливые (слова не вытянешь) дро-су.

Меня тоже пробило от кончиков пальцев на ногах до корней волос, но их отключило вовсе до беспамятства, разметало, как после беззвучного взрыва. Поскольку дыхание я видела отчетливо, то сильно переживать не стала. Воспользовалась возможностью выбраться из двойных объятий. Тело слушалось как-то странно, было расслабленно-бескостным.