Книга Дорожные работы по наследству, страница 141 – Юлия Фирсанова

Я ж танцами занималась только в очень далеком детстве, и это были русские народные, а вовсе не бальные танцы народа реш-кери. Да и на те походили мы вместе с Лёном пару лет. Потом из подвального помещения энтузиастов-танцоров поперли ловкие арендаторы, починяющие молнии на сумках и одежде. Не «барыню» же мне для князей исполнять? Не оценят. Не то чтобы совсем не оценят, но вампирская психбригада – не мой предел мечтаний.

Выручила хвостатая зараза, живо предложившая натаскать меня в самых распространенных танцах княжества. Как нарочито-выставленному в качестве фаворита типу с очень приличной родословной, ему дозволялось танцевать со мной, а мне можно было отказывать приглашающим князьям. Разумеется, учитывая нюансы: то есть танцевать вообще не более трех танцев за весь вечер, что служило демонстративным объявлением о нежелании вовсе проводить время «на танцполе», и если отказывать, то отказывать всем, кроме фаворита (одного «из комплекта», самого знатного), во избежание конфликтов.

Насчет платья и украшений вопроса не стояло вообще. Все упиралось в традиции. Красное, серебро и золото – родовые цвета княгини Киградеса для праздника. В каком сочетании – дело десятое. Нет, модельером, способным в деталях вообразить весь туалет, я себя не числила, но волшебная ткань шеро-кри ловила буквально образ мысли, дополняя его деталями. Вдобавок у меня имелись призрачные слуги, выполняющие задания безупречно, а на груди висела забавная побрякушка, чья память на наряды князей и их спутниц была грандиозной картотекой. Подстроить туалет под мой вкус, сохраняя первоначальный традиционный замысел, легендарному артефакту и прочей команде ничего не стоило. Хотя, готова спорить, для таких утилитарных целей Архет еще никому в голову не приходило использовать. Но что я могла? Вызвать роту швей и мучить себя по чужой прихоти? А смысл? У меня и без того забот хоть закопайся. Впрочем, закапываться тоже нет резона. Дядюшка все равно выкопает, он талантливый.

Печально поглядев на остатки вайса в бокале, я констатировала: обложили со всех сторон. И даже не сбежишь к братишке под крылышко: совесть загрызет. Он пашет, а я прохлаждаюсь. Да и найдут, все равно найдут. Это только пирожок вдвойне вкусней, если ночью и тайком, а с проблемами и работой – ночи дожидаться не стоит, лучше готовиться по возможности заранее.

Потому, отодвинув личные хотелки, печально вопросила:

— Когда будем учиться?

— Сейчас велю принести музыкальную шкатулку, – охотно предложил дядюшка. – Большая гостиная зала вполне подойдет для уроков.

— Спасибо, – ответила я и положила пальцы на кристалл, задавая направление для внедрения данных. В мозг шибанул очередной инфопакет. Я выдохнула сквозь зубы и сморгнула выступившие слезы. Вроде и не физическая, а не поймешь какая вообще боль, но очень неприятно. Я не до такой степени реш-кери, чтобы кайф от мучений ловить!

Признаться честно, думала, хвостатый в процессе станет распускать руки. Ошиблась. До вульгарного домогательства Чейр не опустился. Но уж лучше бы и впрямь нагло домогался, потому что если «бы», то можно было нарычать и все такое. Но то, как он держал мою руку, как невесомо поглаживал одной подушечкой пальца, как смотрел и улыбался – этого-то к делу не пришьешь, а хочется то ли наорать, то ли то самое! Р-р-р!