Книга Дорожные работы по наследству, страница 139 – Юлия Фирсанова

— Ну и дура, – констатировала я. – Зато мне повезло. Пошли завтракать!

Дро-су замерли статуями, кажется, даже дышать прекратили на несколько десятков ударов сердца. Словно чего-то ждали и не дождались, потому что в итоге Аст легонько выдохнул и восхищенно удивился уже вслух:

— Тебя не постигла кара Ллоос. Значит, в пределах своих ты неизмеримо могущественнее Союза Матрон.

— Не уловила связи между карой и могуществом. Но любопытно, почему меня должна была постичь кара?

— Ты нанесла оскорбление словом матроне, и немедленное возмездие не обрушилось на твою голову, – осторожно объяснил элементарную для него закономерность Аст.

— Киградес и Дро-сувар – два разных мира под разным управлением. Вас мне официально продали. Так что сделка есть сделка. Кому не нравится, может высказать претензии в письменной форме, но не факт, что я их почитаю. Сделка обратного действия не имеет, так что и с карой вариант не проскочит.

Удержавшись от желания показать пространству язык, я присела за стол. А про себя подумала, что даже если дроу будут очень-очень недовольны, рыпаться все равно не станут. Архет для порталов и путей их мира куда важнее обид какой-то идиотки, не оценившей отменного воина, который не угодил ей своей холодностью в постели. Идиотки приходят и уходят, клинические так и вовсе делают это очень быстро, а миры остаются.

Так что угроз от паучьих дамочек я не особо страшилась. Пауки хотят кушать, а значит, со мной надо сотрудничать. Про дружить промолчу. У них в языке, кажется, такого слова нет в принципе. Забавные зверушки эти чернокожие обитатели подземелий. Но симпатичные, м-да.

Кстати, о симпатичных. Кое-что следует уточнить. Потому, когда закончился завтрак, я уцепила Чейра, фигурально выражаясь, за хвост, хотя очень хотелось сделать это натурально, и уволокла в кабинет для очередного допроса.

— А скажи-ка мне, драгоценный охотник, какого рожна я сегодня в своей постели опять нашла посторонние тела?

— Тебе не нравятся нежные эльфы, дроу в постели могут быть жестче, – ответил Чейр, и таким искренним недоумением от него пахнуло, что даже драться расхотелось.

— Мне вообще не нравятся в постели посторонние мужчины, – рыкнула я.

— Ты же сама сказала, что не приемлешь женщин, – теперь настал черед реш-кери задумываться о глубинах моих извращенных пристрастий.

— Чейр, я уже не знаю, как тебе объяснить словами через рот. Может, написать, что я не желаю, чтобы мне подкладывали в постель мужчин? Никаких, даже самых красивых и разносторонних. Да, эльфы и дроу красивы, но мне хочется не заурядного удовлетворения инстинктов. Я хочу если уж не любви, то хотя бы интереса. Я не трофей, не девочка из борделя. Ты столько раз уже твердил, что княгиня. Поверила! У меня есть своя гордость. Избавь меня от своих развлечений в «подложи Алире проблему», или я стану совать тебе в кровать мальчиков. Нет, лучше сразу попрошу помощи у дядюшки и позаимствую у него самых симпатичных зомби.

Кажется, картина маслом «Чейр и зомби – это любовь до и за гробом» охотника не вдохновила. Он хмыкнул и кивнул:

— Я услышал тебя, моя княгиня. Но помни, в твоих интересах показать князьям на грядущем приеме своих приближенных. Лоэ-диэль не годились, но дро-су подойдут. Иначе ты не избегнешь навязчивого внимания тех, кто жаждет назваться твоими фаворитами.