Книга Кадетка 73. На практике у маршалов, страница 107 – Тина Солнечная

— Но он говорил, что примет вас, — прошептала я, чувствуя, что внутри что-то разрывается. Нет. Я не могу, не хочу верить, что он мог так поступить. Кто угодно, но не он. — Что смирится с тем, что я могу быть и с вами. Если… если не было предательства с его стороны, если всё это — подстава…

— Тогда всё будет зависеть от тебя, — мягко сказал Дейн, протянув руку, чтобы сжать мою ладонь. — Примешь ли ты его. А мы… мы не станем уводить тебя или настаивать. Мы будем рядом, Мия. Но выбор — за тобой.

Алек, кивнув, добавил чуть тише:

— Если он чист… если он боролся, если пострадал от того же, что и ты, — значит, он тоже твой. И мы найдём способ, как сосуществовать. Ради тебя. Ради детей.

Сердце стукнуло сильнее. Я опустила глаза на свои пальцы, переплетённые с ладонью Алека, и почувствовала, как вторая — Дейна — легла сверху, укрывая нас всех.

— Тогда у меня остаётся только один вопрос, — шепнула я, поднимая на них взгляд.

— Какой? — одновременно спросили оба.

Я чуть улыбнулась сквозь слёзы:

— Вы правда готовы быть семьёй, если окажется, что дети от него, а он… А он виноват.

Алек усмехнулся:

— Ну, если они унаследуют его характер, это будет месть вселенной. Но да — мы справимся.

— Они унаследуют твою упрямость, — сказал Дейн и подтянул меня в объятия. — И мою. И если повезёт — его доброту.

— И чувство юмора, — добавил Алек, — чтобы выдерживать таких родителей.

Мы засмеялись. Все трое. Горько, нежно, но по-настоящему.

Дейн, всё ещё удерживая мою руку, смотрел на меня пристально, внимательно, как будто пытался заглянуть глубже, чем просто в мои слова.

— Мия, — сказал он тихо. — А теперь скажи… что это была за инъекция?Ты говорила, что ее делали перед посадкой на судно в качестве базовой вакцинации. Но я долго об этом думал и не понимаю, что можно ввести человеку, чтобы спровоцировать нас. Ты знаешь, что они тебе ввели, чтобы запустить… нашу реакцию? Истинность?

Я медленно выдохнула, ощущая, как внутри что-то снова сжимается.

— Я не все рассказала. Это не сывороткой любви, как в глупых романах, — ответила я, поднимая взгляд сначала на него, потом на Алека. — Я… сделала генетический тест. Кайл сделал его мне. После всего. После того, как поняла, что чувствую тоже самое, что и вы.

Алек напрягся, но не двинулся с места, а только прошептал:

— И?..

— Мой отец… — я сглотнула. — Он был не человеком. Точнее, не полностью. В его ДНК было… половина рий’тара и ор’лана. А моя мама — обычная землянка. Я наполовину человек. А остальное… наполовину одно, наполовину другое.

Наступила тишина. Долгая, тягучая. Она звенела в ушах громче, чем любой взрыв.

— Это многое объясняет, — наконец произнёс Дейн. В его голосе не было удивления — только признание. Принятие.

— То есть, тебя не модифицировали под нас, — тихо добавил Алек, наклоняясь чуть ближе. — Ты одна из нас. И потому — наша. Не из-за химии. Из-за природы.

— Я… не знала, — выдохнула я. — Не подозревала. Я выросла на Земле до поступления в академию. Мама никогда не говорила об отце. И только когда… только когда начала происходить вся эта безумная история, я…

— Почувствовала. — Дейн склонил голову и дотронулся лбом до моего. — Потому что наши тела чувствуют друг друга. Пси-поле, запах, резонанс на уровне клеток. Это не обман, Мия. Это — судьба. Ты не шпион и никогда им не была. Это логично, что ты не могла разобраться, если не знала… Вот мы идиоты. Ты — наша истинная. Все могло быть гораздо проще.