Книга Хозяйка старой лавки. Новая жизнь после развода!, страница 28 – Анастасия Пенкина

Возможно, они просто рады новым лицам и развитию города.

С этим документом я вышла на улицу, и на душе стало на удивление легко. Один официальный шаг к независимости сделан.

Следующей остановкой была мастерская Арни. Новому делу нужна вывеска. Я нашла мастерскую плотника без труда, в небольшом, но опрятном здании, откуда еще на подходе несло свежей стружкой и лаком.

— Госпожа Арден! — обрадовался он, откладывая рубанок. — Уже определились насчет вывески?

— Так и есть, Арни. Я пришла ее заказать.

И впервые за этот день искренне улыбнулась.

— Лавка будет называться «Хлеб и травы».

Он почесал затылок.

— Звучит… просто. А почему так?

Почему? Мысленно я перебрала варианты. «Сладкие грезы»? Слишком вычурно. «Пекарня Арден»? Слишком пафосно и снова привязывает к имени бывшего мужа. А «Хлеб и травы»… Это было про самое главное. Про сытость и простую радость от теплого хлеба. Про исцеление и уют, которые дарят травяные чаи. А я планировала предлагать покупателям чай к выпечке. Чтобы голодные студенты не давились сухомяткой. И это было про меня. Про то, чем я хочу делиться с этим городом. Не магическими диковинками, а теплом и заботой.

— Потому что это то, что я умею и люблю делать, — ответила я просто. — То, что заинтересует многих.

Арни одобрительно хмыкнул.

— По-моему, отлично. Честно и по делу. Сделаю вам такую вывеску, что вся улица заглядываться будет! Дерево хорошее возьму, буквы резные. Через пару дней готово будет.

Выйдя от плотника, я почувствовала, как груз спала часть груза с плеч. Дело сдвинулось с мертвой точки. Взнос оплачен, вывеска заказана. Остается подготовить товар.

Возвращаясь домой после визита к Арни, я чувствовала приятную усталость и редкое чувство контроля над собственной жизнью. Я уже представляла, как дом и лавка переполняют ароматы теста, стойкий, манящий запах свежего хлеба разносится по округе.

Приятная картинка померкла, когда я приблизилась к своему крыльцу. Перед дверью, ожидая меня, стояла Элоди Вандер.

— Алисия, дорогая! — произнесла она улыбаясь. — Я, кажется, немного рановато. Не помешаю?

— Нисколько! — поспешно ответила я, отпирая дверь. — Прошу, проходите. Как раз хотела поставить чайник.

Войдя внутрь, Элоди одобрительно кивнула, окинув взглядом расчищенное пространство лавки.

— Чувствуется хозяйская рука. Мелинда, признаться, была не особой охотницей до уборки. Ее больше заботило содержимое склянок, а не пыль на них.

Мы поднялись на кухню, и пока я хлопотала у плиты, заваривая тот самый травяной сбор тети Мелинды, я не удержалась и поделилась новостями.

— Знаете, госпожа Вандер, я, скоро открою пекарню. Буду продавать хлеб, булочки, а покупателей угощать чаем. Таким, как этот, — я разлила ароматный настой по кружкам.

Элоди взяла свою кружку, сделала небольшой глоток, и на ее лице появилась теплая, но слегка грустная улыбка.

— Пекарня? Это… неожиданно. И очень смело, моя дорогая. От всей души желаю вам успеха.

Она помолчала, глядя на пар, поднимающийся над чаем, и лицо ее стало серьезным, когда она продолжила:

— Но, боюсь, вашему начинанию предстоит столкнуться с трудностями, которые никак не связаны с качеством теста.

— Видите ли, Алисия, для Вольхендема новая жительница, это, в первую очередь, объект для сплетен. И вы, к сожалению, таковыми уже обросли.