Книга (не) Возможный союз бывших, страница 84 – Дарья Редьяр

Горечь предательства заполняет каждую клетку тела. Разрушает веру во все и всех. Если я чувствую себя так, раздавленный, уничтоженный этой правдой... то что же чувствует Эстерлина? По отношению ко мне? Ведь это я самолично привел ее в лапы губителя. Бросил одну.

— Получается, то, что Эстер рассказала на бракоразводном процессе... правда? — голос срывается, но я заставляю себя спросить.

— Это лишь малая крупица правды. Как и та, что указана в статье. — Алекс делает паузу. — То, что с ней случилось, она рассказала мне совсем недавно. В библиотеке, и попросила не писать особо ужасные сцены в газете.

— Расскажи, — требую я.

— Нет. Хочешь деталей — обратись к графине Хальбаум.

— Получается... отец все же лгал? Что Эстерлина спала со слугами? — мой голос надломлен, как сухая ветка. — Это он с ней спал?

— Ты немного не прав. — Алекс качает головой. — Он не спал с ней. Но пытался склонить к этому через насилие.

Я прячу лицо в ладонях. Отрицательно мотаю головой, словно этот жест может отменить услышанное. Как так вышло, что я был настолько слеп? Я безоговорочно верил отцу, ни на секунду, никогда не усомнился в его словах. А он, зная правду, использовал меня. Использовал Эстер. Использовал всех, кто был рядом.

И то, что я причинил ей боль... пусть и невольно... Я даже не могу описать, каким ничтожеством ощущаю себя сейчас. Слепым орудием в чужих руках. Идиотом, который гордо нес знамя семейной чести, не замечая, что оно пропитано кровью и ложью.

Пустота в груди раскрывает свою безобразную пасть, стараясь поглотить всё светлое, что во мне есть.

— Ты можешь жалеть себя сколько угодно, — голос Алекса звучит жестко, но в нем слышится и сострадание. — Ругать несправедливую судьбу. Но думаю, первое, что ты должен сделать... это попросить прощения у Эстерлины.

— Ты прав, — выкрикиваю я и, не помня себя, бегу к конюшням.

В город несусь во весь опор. Ветер хлещет по лицу, но я не чувствую холода. Мысленно прокручиваю варианты разговора — и все они кажутся жалкими, неуклюжими. Как просить прощения у женщины, которую я предал? У женщины, которую отдал на растерзание монстру? Слова застревают в горле еще до того, как я их произношу.

Отчего-то мне кажется, что Эстер даже не захочет меня видеть.

Добравшись до знакомого особняка, спешиваюсь и опрометью бегу к главному входу. Прежде чем успеваю постучать, дверь открывается. Тривон встречает меня на пороге, и я вижу в его глазах — он знает, зачем я пришел.

— Полагаю, вы желаете увидеть графиню? — спрашивает он.

— Да, — выдыхаю я.

— К сожалению, она уехала на неопределённый срок.

— Что значит уехала? — кровь отливает от лица. — Как? Куда?

— Решила побыть в уединении. Зная, какой ажиотаж вызовет статья.

— Тривон... — я смотрю на дворецкого и чувствую, как надежда тает. — Мне правда нужно знать, где Эстерлина. Я хочу попросить у нее прощения.

Дворецкий изучает меня долгим взглядом. Я чувствую себя школьником, сдающим самый важный экзамен в жизни.

— При всем желании помочь, ваша светлость... — наконец говорит он. — Я лишь знаю, что госпожа отправилась загород.

Мое сердце падает. Но Тривон замолкает, а после недолгой паузы, сжалившись, добавляет:

— Но я знаю, где она будет к концу недели.

Украдкой наблюдаю с балкона за ажиотажем, творящимся в мужском клубе. Кажется, здесь собрался не только городской высший свет, но и многие “богатеи” из деревень. Я пожираю взглядом входящих, мысленно подсчитывая, сколько денег они могут принести клубу и мне. Если все сложится удачно, мне придется достать лишь малую часть для шантажистов.