Книга (не) Возможный союз бывших, страница 50 – Дарья Редьяр

Я стараюсь не подать виду, но озноб пробирает до костей. Прошлая встреча. Та единственная встреча. Я помню её так отчётливо, словно это было вчера. Тот ужас, та боль, то унижение...

— Вы стали прекрасным юношей, — говорю я, заставляя себя улыбнуться. Голос звучит ровно, хотя внутри всё дрожит. — Сколько вам сейчас?

— Двадцатилетнему мужчине лестно слышать похвалу из уст прекрасной графини Хальбаум, — он пытается шутить, заигрывать, и это вызывает у меня неожиданное умиление.

Какой же он ещё молодой. Какой светлый. Совсем не похож на своего старшего брата.

— Зовите меня просто Эстер, — откликаюсь я, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. — Расскажите, Алекс, как сложилась ваша жизнь? Чем вы занимаетесь?

— Хорошо! — глаза его загораются. — Брат взял меня на своё попечение. Я с блеском окончил гимназию и поступил на высшую ученическую ступень. А через полторы недели я напишу статью в центральную газету, стану лицензированным журналистом!

В его голосе столько гордости, столько надежды, что у меня щемит сердце.

— Я рада, что в вашей жизни всё сложилось удачно, — говорю искренне. — Но позвольте дать небольшой совет будущему журналисту. Если хотите, чтобы вас воспринимали всерьёз, не стоит флиртовать с девицами из мужского клуба. Репутация для журналиста — это всё.

— О, я не флиртую! — горячо возражает он. — Это необходимость! Журналистское расследование. Хочу написать разгромную, обличающую статью.

— Серьёзное заявление, — я настораживаюсь. — Надеюсь, эта статья не касается мужского клуба или его основателя?

Если Гросу грозит опасность, я должна его предупредить.

— Нет! — Алекс заливается смехом. — Идти против Гроса Кронкайда? Пожалуй, надо быть полным безумцем!

Его искренность и открытость действуют на меня успокаивающе. Я позволяю себе расслабиться, и мы продолжаем путь. Он рассказывает смешные истории из студенческой жизни — как они прятались от надзирателей, как подшучивали над профессорами, как впервые попробовали запрещённый напиток и чуть не спалили общежитие. Я смеюсь — впервые за долгое время так искренне, так легко.

Во двор поместья маркиза мы въезжаем словно старые добрые знакомые. С улыбками на губах, в приподнятом расположении духа. Алекс спешивается первым и галантно подаёт мне руку, помогая спуститься с лошади. Сама галантность во плоти — совсем не то, что его старший брат.

Конюх забирает лошадей, а мы поднимаемся по ступеням в особняк, продолжая прерванный разговор.

— Алекс! — громогласно раздаётся из вестибюля.

Джодэк стремительно приближается к нам и, к моему величайшему изумлению, крепко обнимает брата.

— Как я рад тебя видеть! — в его голосе столько теплоты, сколько я не слышала за все эти годы.

Что же, видимо, даже у такого сухаря, как Джодэк Костэр, есть добрые чувства. Просто мне они не доставались никогда.

Правда, его теплота длится ровно до того мгновения, пока он не замечает меня рядом с юным Костэром.

— Вы? — его голос мгновенно леденеет, а в глазах вспыхивает злость.

Этот взгляд — как пощёчина. Как напоминание о том, что между нами никогда не будет мира.

Я чувствую, как внутри всё сжимается. Не желая вступать в открытую конфронтацию, не желая портить себе настроение в этот единственный светлый момент, я поворачиваюсь к Алексу.