Книга Любовь всей моей смерти. Том 1, страница 121 – Дэпаранг [Daeparang]

Чжиху улыбался, одаривая ее нежным взглядом, однако голос его был жестким:

— Если так неприятно, мы можем прекратить.

— Мне просто интересно, действительно ли это все так необходимо. — Шихён бросила на Чжиху взгляд, полный подозрений.

Девушка почувствовала, как ей вновь становится неловко от положения, в котором они находятся: она практически повисла на Чжиху, вцепившись в его бок. Мужчина, казалось, тоже разделял ее чувства, ласково прижимая девушку к себе одной рукой, но стиснув при этом зубы.

— Я уверен, эти извращенцы из царства Ямы наблюдают за всем, что мы делаем. Если ты или я ходили бы тут с недовольными лицами, то они бы точно начали докучать нам просьбами немедленно вернуться, верно? Тогда этот побег, который я с таким трудом осуществил, не имел бы никакого смысла.

Шихён постепенно все сильнее сжимала губы. Увидев это, Чжиху напомнил ей о необходимости улыбаться. У нее не было другого выбора, кроме как постараться натянуть на себя подобие дерганой улыбки.

Такова была реальность сцены, увиденной мужчинами в калейдоскопе.

Длительность обещанного девушке отпуска составляла лишь один сегодняшний день. В соответствии с этой договоренностью примерно в это время они уже должны были возвращаться обратно в царство Ямы. Однако Чжиху тайно подговорил Хасона открыть проход обратно только завтра вечером. Когда Сонхон об этом узнает, он будет просто рвать и метать.

Вероятно, с его-то характером он мог насильно заставить Шихён и Чжиху вернуться из мира живых. Поэтому прямо сейчас они использовали невероятно дешевый трюк, показывая, насколько они здесь счастливы, чтобы советнику стало неловко забирать пару отсюда и он оставил бы их в покое.

Естественно, девушке было приятно впервые за долгое время наконец почувствовать свежий воздух. Здания или окружающий их пейзаж не сильно отличались от того, что можно было увидеть в царстве Ямы, но все равно — может, потому, что ее не отпускала мысль о том, что она находится в мире живых, — Шихён была рада видеть и их. Вот только ей не совсем нравилось идти в обнимку с Чжиху, притворяясь парочкой.

Не то чтобы она не понимала, почему Чжиху настоял на проявлении чувств, но все-таки… Как бы то ни было, она не ненавидела его до скрипа зубов, поэтому просто послушно следовала его указаниям.

Во время прогулки с Чжиху Шихён заметила удивительную вещь: мимо них прошло так много людей, но никто из них не узнал мужчину. Иногда девушки, проходящие мимо, громко подмечали его красоту, но ни одна из них не смогла понять, что перед ней находится До Чжиху. Точно так же никто не узнавал и Шихён.

Может быть, дело было в очках из Священного дерева, которые ей подарил Чжиху, или в том, что она была не особо-то и популярна, но, как и говорил Чжиху, им удавалось вводить людей в заблуждение. Шихён позволила себе вновь удивиться и даже позавидовать мужчине, ведь он мог жить свободно, подстраивая окружающий мир под себя.

Шихён некоторое время безмолвно шагала рядом с Чжиху, но в какой-то момент вдруг произнесла:

— Уже стемнело, и у меня начинают болеть ноги. Может, зайдем куда-нибудь отдохнем?

Девушка подумала о том, что наконец-то впервые за такое долгое время смогла насладиться миром живых. Как она и сказала, у нее правда начинали болеть ноги, да и погода им явно не благоволила: с каждой минутой становилось только прохладнее. На месте Шихён любой бы подумал, что с прогулкой пора заканчивать, поэтому, окончательно вымотавшись, она это и предложила.