Книга Рыжая для палеонтолога, страница 44 – Светлана Синицына

— Крупный бриллиант три карата, ― сообщил Михалыч, что-то подсчитывая. ― Мелкие по две десятых карата. Золото семьсот пятидесятой пробы. А себе что-нибудь хочешь? ― глаза ювелира поблёскивали за стёклами очков. Раньше он предпочитал подслеповато щуриться.

— Прелестно. А я обойдусь, ― махнул рукой Женя, застёгивая пальто. ― Может, в другой раз. Когда к тебе зайти?

— Ко мне можно заходить даже поздно, ― улыбнулся Михалыч, соскальзывая взглядом на Альбину, которая сохраняла эскиз.

— Уж понятно, почему, ― тихо усмехнулся Женя. ― Осторожнее, Михалыч, а то сердечко может не выдержать. Здоровья-то у тебя никакого.

— Я вылечился, ― пожал плечами ювелир, но от Жени не укрылось, что он как-то погрустнел.

— Начал с головы, как я и советовал? ― поддел его Женя и, попрощавшись с Альбиной, вышел на улицу. На душе у него пели райские птицы.

Забранное ни свет ни заря у осунувшегося от двух бессонных ночей Михалыча кольцо жгло карман подобно куску солнца, а сам Женя летел на защиту на крыльях тёмнокрылого Гамаюна, несущего смерть старой одинокой жизни учёного-отшельника. Он почти опоздал, первый докладчик уже успел открыть свою презентацию.

— Где вы были? ― простонал Антон, умоляюще глядя на Женю, когда тот, запыхавшись от быстрого бега, буквально рухнул на стул рядом с аспирантом. ― Я так переволновался! ― выглядел Антон и правда неважно: побелел от волнения.

— Ездил за подарком, ― бросил Женя, одёргивая полы пиджака и рассеянно запуская руку в карман, сжимая в ладони бархатную коробочку с кольцом. ― Долгая история.

Антон с совершенно очумелым видом кивнул и уткнулся в свой доклад, а Женя между тем высматривал в зале Маргариту. Вот она, сидела рядом с его бывшей аспиранткой Катюшкой Жемчуговой, бывшего мужа которой он как-то спустил с лестницы, когда тот приходил по поводу развода и бросался какими-то малопонятными обвинениями, почти доведя Катю до слёз. Больше этот мудак не появлялся, а Жемчугова блестяще защитилась, к радости Жени.

Сейчас Маргарита тихо беседовала с Жемчуговой, склонив к ней голову. Рыжие пряди переплелись с каштановыми волосами Кати, и Жене казалось, что это сливается, соединяясь, мёд и шоколад. Рита держала в руке платок, которым то и дело обмахивалась, и до Жени долетали нотки цветочного аромата. На запахи Рита реагировала не так остро, но всё равно он не представлял, в каком цветочном поле она сейчас находится. Бледность её больше не пугала, а на скулах даже играл лёгкий румянец.

Почувствовал на себе его взгляд, Рита обернулась, и на мгновение их взгляды встретились. Словно вспышка молнии прошла по телу Жени, казалось, что Маргарита передала ему целую бесконечность информации. Не облечённую в слова, а просто набор чувств и ощущений, расшифровка которых находилась за гранью вселенной. Женя почувствовал, как приподнимаются волосы у него на затылке. Энергией Маргарита обладала бешеной.

Настала, наконец, очередь Антона выступать. Шёпотом пожелав аспиранту ни пуха ни пера и услышав в ответ свистящее «к чёрту!», Женя оторвался от разглядывания украдкой Риты и с головой погрузился в доклад Антона. Тот не подвёл: выступил блестяще, хотя по его глазам Женя видел, что после аспирант упадёт в объятия отходняка и, скорее всего, напьётся на банкете до ужаса.