Книга После развода. Медовый босс для пышки, страница 27 – Светлана Синицына

Скорая уезжает с мигалками, благо гинекологический стационар через улицу.

Что ж, Наталья довралась.

Значит, у неё всё-таки был ребёнок от Шмелёва…

— Натали-и-и!

Чёрт, а этот что здесь делает?

Из зарослей сирени выбегает взмыленный Шмелёв и бежит за машиной скорой помощи.

Ну и кто тут лох, скажите мне на милость? Наталья его столько раз кидала, а он всё за ней.

В чём-то она права: лох – это судьба.

Но даже хорошо, что Шмелёв сам пришёл. Мне надо сказать ему пару ласковых.

Гляжу на часы: до дегустации ещё двадцать минут. Я успею.

Шмелёв обнаруживается возле входа в санпропускник.

Бледный, с воспалёнными глазами он цепляется за перила и выглядит совсем больным. На миг его становится даже жаль, но потом я вспоминаю, что он много лет ездил на Лее, и жалость испаряется.

Брезгливо.

— Что ты с ней сделал? – Шмелёв кидается на меня. – С моей Натали!..

Легко останавливаю его. Хватаю за шкирку и встряхиваю.

— У твоей Натали внематочная беременность, – сообщаю.

— Что? – моргает Шмелёв. – Она на самом деле беременна?..

— Была, – поправляю жёстко. – И мне безразлично, что с вами обоими будет. Меня интересует только Лея.

— Лея? – хрипит. – Пончик, что ли?

— Ещё раз назовёшь её так – пожалеешь, – предупреждаю. – Исчезни.

— Это она виновата! – воет Миша. – Это всё из-за Пелагеи! Если бы она была нормальной, я бы не посмотрел на Натали! Я всё делал ради неё: квартиру купил, ресторан ей отдал! А она…

— Вот и разбирайся с Натали, – киваю. – Зачем тебе Лея?

— Чтобы она подняла мой ресторан! – восклицает. – И если она не вернётся, – пытается торговаться, – я пойду в полицию и заявлю, что она тогда меня избила! А это уголовное дело…

— Шмелёв, – усмехаюсь. – Домашнее насилие у нас декриминализовано, помнишь? А это в обе стороны работает. Попытаешься надавить на Лею: пожалеешь.

Шмелёв смотрит на меня исподлобья и сутулится.

Точно, псина.

— И ещё, – добавляю. – Ты выплатишь Лее компенсацию на ресторан. Без судов и проволочек. Мы договорились?

— Договорились, – бурчит.

Я разворачиваюсь и ухожу. Надо будет сказать охране ресторана, чтобы взяли этого удальца на заметку. Закривляется – ему же хуже будет.

Я уложился в десять минут.

На Шмелёва – плевать.

Меня ждёт Лея.

Сердце ёкает.

Лея.

Любимая.

Единственная.

Та, без которой я больше не представляю свою жизнь.

Сейчас будет дегустация.

А потом я всё объясню Лее.

Скажу, как сильно я её люблю.

Ресторан открывает боковой вход.

На веранде толпятся гости, которые угощаются блинчиками.

Но я ищу Лею.

А когда нахожу, застываю как вкопанный…

Роман

Лея дегустирует блины вместе с гостями. Не так, как в кулинарных шоу, где шеф ругает подчинённых и в хвост и в гриву.

Лея смеётся.

Обмакивает свёрнутый треугольником блинчик в мёд и откусывает понемногу.

— Соды много добавил, – тихо сообщает Лея. – Пересчитаем пропорции.

— Хорошо, Пелагея Артёмовна, – кивает повар. – Спасибо.

— Вам спасибо.

— Я знаю, как такой блин лучше испечь.

Тихий девичий голос раздаётся от соседнего столика.

Так, это же одна из напарниц Леи, которые улизнули, чтобы соблазнить меня. Анна кажется. А где её ядовитая подружка?

Лея мгновение глядит на Анну и… улыбается:

— Ты всё же последовала моему совету?

— Да, – кивает та. – С Ксю… нереально.

— Место кондитера свободно, – сообщает Лея. – Приходи завтра, проведу собеседование.