Книга Стирая запреты, страница 46 – Кристина Майер

— Не понравилось? — отвечает вопросом на вопрос спустя, наверное, целую минуту.

Я всё это время не дышала, а теперь и вовсе забыла, как это делать. Что мне нужно ответить? Он своим вопросом поставил мне шах. Глядя на него, думаю над своим ответом. Можно проиграть партию, а можно ведь и мат поставить? Откуда во мне берется смелость? А может, это безрассудство? Разбираться некогда, втянув носом воздух, я отвечаю:

— Понравилось… но было мало….

Есения

— Понравилось.… но было мало… — выдыхаю, глядя Аслану в глаза.

Сердце бьется на разрыв. Сама не верю, что хватило смелости озвучить свои мысли. Прыгнула в этот омут, теперь не о чем жалеть. Арданов молчит, а я варюсь в котле его темных глаз. Тело мелко подрагивает от напряжения.

Ну скажи же хоть что-нибудь!

Тишина давит, расщепляет мои нервы на атомы. Во рту пересохло. В голове ни одной связной мысли. Трусливо хочется переиграть, забрать слова назад, но это невозможно. Аслан удерживает мой взгляд, не дает трусливо отвести глаза в сторону.

— Насколько мало, Есения? — нарушает тишину его низкий голос. Он острием лезвия проходится по моим натянутым нервам.

Мысленно себя ругаю. Неужели думала, что могу переиграть Аслана? Неважно, на каком поле он играет, Арданов всегда уйдет победителем. В этой игре я — слепой неопытный котенок, а он матерый хищник, который сам устанавливает правила.

Его вопрос ставит меня в тупик. Я не знаю на него ответа. С ним мне хочется узнать себя, открыться, довериться. Готова я на такой шаг прямо сейчас? Нет! Но если это случится, я точно ни о чем не пожалею. Вместо ответа веду плечами.

— У тебя есть опыт? — спрашивает Аслан, подавшись чуть вперёд. Ждёт моего ответа, цепко держит на себе фокус моего внимания. Я сразу понимаю, о каком опыте идёт речь. Смущаюсь своей невинности. Такие мужчины привыкли получать все самое лучшее, что я могу дать ему?

— Нет, — на грани слышимости. Стыдно такое обсуждать.

Уголки его губ чуть приподнимаются вверх.

Секунды идут, а он ничего не говорит, продолжает за мной наблюдать. Его хищная мужская природа заполняет собой все пространство. Дышать становится тяжелее. Не касаясь меня, оставляет на моем теле ожоги. Аслан смотрит, просто смотрит, а у меня тянет внизу живота. Я четко ощущаю, что на мне нет белья. Задрав рубашку, он получит полный доступ к моему телу. Меня это должно пугать, но я испытываю трепет.

— Как далеко я могу зайти? — спрашивает Аслан.

Его голос звучит ещё на пару тонов ниже. Исчезает притворное спокойствие, когда он поднимается и подходит ко мне. Протягивает руку, я вкладываю в ладонь дрожащие пальцы. Он несильно их сжимает, дергает на себя. Влетаю в его объятия, упираюсь ладонями в крепкий торс. Рядом с Асланом я словно пьяная. Голова кружится, ноги не держат.

— Очерти границы, Есения, — поддевая двумя пальцами подбородок, заглядывает в глаза.

Рука, что лежит на талии, спускается ниже, накрывает ягодицу, ощутимо сжимая ее. Разряд проходится по нервным окончаниям. Закусываю губу, чтобы не застонать.

— Не кусай губы, — требует Аслан. Проводит подушечкой большого пальца под губой, очерчивая её по контуру. — Я не услышал твой ответ, Есения, — напоминает он. А мне нужно несколько секунд, чтобы вспомнить, о чем мы говорили. Пока он водит пальцем по губам, сосредоточиться мне сложно. Сейчас мне хочется всего, но я не готова озвучить свои желания.