Книга Стирая запреты, страница 101 – Кристина Майер

В душе продолжала кипеть ярость, смерть Мирона вряд ли принесла бы мне удовлетворение, но стоило подняться к себе в квартиру, услышать тихий голос Есении, доносящийся из кухни, как в области груди потеплело.

Выйдя из душа, я сразу понял, что Леля уехала. Мы в квартире были одни. Самоконтроль начал трещать по швам. Тестостерон зашкаливал. Так долго без секса я обходился только в командировках, где вокруг одни бойцы и ни одной женщины на десятки километров вокруг. А тут рядом самая желанная девочка, у меня предохранители сгорают, когда я просто на неё смотрю. Не помню, ел сегодня или нет, но единственный голод, который испытываю — сексуальный.

Забрав из рук Есении тарелку, возвращаю её на место. Утягиваю за собой в гостиную.

— Иди ко мне, — присев на диван, устраиваю её у себя на коленях. Считываю реакции тела. Страха нет, Еся немного волнуется. С волнением мы справимся. У меня чувственная и отзывчивая девочка, я знаю почти все её эрогенные зоны. — Мой голод супом не утолить, — произношу, почти касаясь губ. — Я безумно тебя хочу, — касаюсь губ в легком поцелуе. — Сегодня я не остановлюсь, Еся, — прохожусь кончиком языка по нижней губе. — Ты моя….

Есения

«Ты моя.…» — звучит мелодией, тронувшей душу.

Губы Аслана накрывают мой рот. Прикрыв глаза, отвечаю на поцелуй, который заставляет тонко вибрировать каждое нервное окончание. Снимая языком влагу с моих губ, Аслан углубляет поцелуй. Рисует узоры на моем небе, сплетает наши языки. Прикусив нижнюю губу, втягивает её в рот, нежно посасывая. Поджимаю пальчики на ногах, удовольствие прошивает каждый нерв.

Аслан сказал, что не остановится. Я и сама этого не хочу, желаю полностью принадлежать ему. Стоило ждать, чтобы моим первым мужчиной стал именно он. Я так тонко и остро его чувствую, будто мы сотканы из одних клеток. Точно знаю, Аслан моя вторая половина, моя судьба, моя стена и защита, моя жизнь…

Его пальцы вплетаются в мои волосы, сжимают их до легкой боли, оттягивают чуть назад, открывая доступ к шее. Губами Аслана впивается в бьющуюся жилку, ласкает её языком.

— Нам это мешает, — целуя в ключицу, произносит Аслан.

Стягивает с меня футболку, откидывает на другой край дивана. Сбросив с плеч лямки бюстгальтера, одним ловким движением расстегивает его и освобождает грудь от хлопковых оков, заменяет их своими теплыми, чуть шершавыми ладонями. Продолжая целовать шею и ключицы, сминает полушария, обводит вершины подушечками больших пальцев.

Растворившись в ощущениях, перестаю думать и переживать. Это наша ночь. Сейчас в этом мире не существует никого кроме нас. Мы наполняем эту уютную квартиру нашими стонами, стены становятся свидетелями нашей страсти.

Откинувшись немного назад, упираюсь руками в колени Аслана, подставляю грудь его горячим жадным губам. Язык кружит шмелем над острой вершиной, жалит, ласкает. Втягивает в рот и посасывает.

— Аслан.… — всхлипываю, ерзая на его бёдрах. Там, внизу, все стягивает от напряжения.

— Моя сладкая, чувственная девочка…. — зарывшись пальцами в мои волосы, притягивает к себе и целует в губы. Наши тела соприкасаются, возбужденные соски трутся о грудь Аслана. Невероятные ощущения. Кожа к коже.… При каждом вздохе мы становимся ещё чуточку ближе друг к другу.

— Идём в постель, — подхватив под бедра, поднимается вместе со мной.