Книга Японская любовь с оттенком криминала, страница 4 – Елена Анохина

— Нравится?

Ольга вздрогнула. Рядом стоял менеджер в идеальном костюме.

— Это... — она потеряла дар речи.

— Land Cruiser. Полный привод, 5.7 литра, 367 лошадей. Прямиком из Японии.

— Сколько? — едва выдохнула Ольга.

Цена оказалась втрое ниже, чем в Питере.

Через два часа, сидя в салоне с договором купли-продажи, Ольга вдруг осознала:

— Как я его повезу в Питер?

— Есть три варианта, — сказал менеджер, считая её наличные. — Железной дорогой — долго и дорого. Автовозом — быстрее, но риск царапин. Или...

— Или?

— Самостоятельный перегон. Через всю Россию.

Ольга засмеялась.

— Вы знаете, как продавать.

— Нет, это машина продаёт себя сама.

Ольга замерла, будто между двумя ударами сердца втиснулась целая вечность. Перед глазами всплыла гигантская карта России — эта бескрайняя махина, растянувшаяся на девять тысяч километров. Она мысленно представила, как будет петлять по серым лентам дорог через бескрайние степи, дремучие леса, безымянные реки. Сколько дней? Неделя? Две? Бесконечное путешествие через восемь часовых поясов...

В памяти всплыли рассказы бывалых дальнобойщиков — разбитые трассы Забайкалья, где колея такая глубокая, что легковушка может застрять намертво. Дороги, больше похожие на стихийное бедствие, чем на пути сообщения. А если сломается? А если нападут? В глуши, где до ближайшего жилья сотни километров...

И тут же перед внутренним взором возник Дима — его лицо, перекошенное от ярости, когда он узнает. "Ты совсем рехнулась?! — слышала она его хриплый крик. — Девять тысяч километров одна?! Да ты..." Мысль обрывалась, оставляя во рту горький привкус.

Но когда она подняла глаза и снова увидела Land Cruiser — этот черный, блестящий, с хищным изгибом капота — все сомнения растаяли, как утренний туман над Амуром. Машина будто смотрела на нее, ждала. В груди что-то ёкнуло — то ли страх, то ли предвкушение.

— Я повезу его сама, — прозвучал её голос, будто кто-то другой произнес эти слова.

Менеджер медленно поднял густую бровь, изучая её с ног до головы. В его взгляде читалось недоверие, смешанное с профессиональным любопытством.

— Серьёзно? — растянул он, делая паузу. — Одна?

Последнее слово повисло в воздухе, будто вызов. Оно звенело в ушах, смешиваясь с гулом крови. "Одна". В этом слове было все — и страх, и свобода, и безумие этого решения. Но назад дороги уже не было.

— Нет, — Ольга вдруг улыбнулась. — Мы с ним вдвоём.

Она погладила капот, как спину большого чёрного зверя. Где-то в глубине души уже звучал голос: "Ты сошла с ума". Но это было самое живое чувство за последние годы.

Через час, получив ключи и документы, Ольга села за руль, глубоко вдохнула запах нового салона и прошептала:

— Ну что, парень, поехали домой?

Двигатель заурчал в ответ, как довольный хищник.

Ночь перед дорогой.

Тишина гостиничного номера давила на уши. Ольга сидела на краю кровати, сжимая в ладони холодные ключи от Land Cruiser. Они отпечатались на коже, будто врезаясь в память.

— Ты идиотка, — прошептала она, но в голосе не было злости. Только странное, дрожащее недоумение.

В зеркале напротив отражалась её бледная тень — растрёпанные волосы, тени под глазами, губы, сжатые в тонкую ниточку. "Неужели это я? Та самая Ольга Крылова, которая два дня назад паниковала из-за переноса дедлайна?"