Книга Лето первой любви, страница 10 – Саманта Джонс

— А ты забавная, — вдруг сказал он.

— Это ещё что значит? — я нахмурилась. Это не было похоже на обычный комплимент? Забавная? Это смешная что ли? И с чего это ему вдруг смешно стало?

Но Ильдар ничего объяснять не стал, поднялся с бревна, затушил сигарету и спросил:

— Хочешь в одно интересное место сходить? Или спешишь?

Я не знаю, сколько я уже потеряла времени. Вряд ли это было слишком долго. Под конец, я всегда могу сказать бабушке, что заплутала, пока искала, познакомилась с кем-нибудь по пути, а телефон с собой не взяла, чтобы предупредить. Да и не думаю, что эта бабушкина подруга куда-нибудь так сильно спешит в деревне. А значит, дойти до неё можно будет и позже.

— А далеко идти? — спросила я.

— Не особо. Идём? — Ильдар снова хитро на меня посмотрел.

— Хорошо, — кивнула я. — Пошли.

Остаётся надеяться, что потом я не буду об этом сожалеть.

Ильдар повёл меня в сторону от просёлочной дороги, речки и домов. Куда-то в сторону леса, который пушистым зеленым массивом спускался прямо к подножию деревни. Чем ближе мы подходили, тем сильнее шумели деревья, переплетались тесно ветками и создавали живой навес. Здесь не было палящего солнца, гулял приятный прохладный ветерок и раздавалось пение птиц, стрекотание насекомых, а красные бабочки подлетали совсем близко.

Я шла за Ильдаром, тихо ступая на землю, чувствуя, как трава щекочет лодыжки, и смотрела на всё огромными глазами.

— Вас городских так легко удивить, — по-доброму усмехнулся Ильдар.

— Хватит прикалываться, — буркнула я. — Так говоришь, будто сам в Казани никогда не бывал.

— Бывал, конечно, город как город. — Ильдар сцепил руки за затылком и посмотрел куда-то вперёд. — Мне тут больше нравится.

Я странно на него посмотрела. Странный он. Как можно поменять все удобства города на жизнь в деревне? В Казани ты всегда можешь поехать на пешеходную улицу Баумана и просто часами болтаться среди магазинчиков, кафешек, разглядывать различные статуи и инсталляции. А потом дойти до Кремля, до Кул-Шарифа, смотреть на то как синие минареты мечети выделяются на фоне неба, пройтись вокруг Сюимбике, прослушав в очередной раз легенду о казанской царице, которая сбросилась с башни. А что делать в деревне? Смотреть на речку и на шумящий лес? Но вслух я ничего не сказала.

Мы шли больше десяти минут. В какой-то момент мне стало казаться, что мы ушли куда-то далеко в гущу леса. По спине пробежал холодок.

— А ты меня в лес случайно не ведёшь, чтобы потом в трёх мешках вывести?

— Конечно, — засмеялся Ильдар. — Веду на самую тёмную опушку, чтобы уже завтра сюда приехали из Казани с собаками. А Каневский снял бы выпуск.

Мы оба посмеялись.

— Не волнуйся, почти пришли, — успокоил меня Ильдар.

И правда. Ещё через пару минут лес расступился, и мы вышли на опушку. Моим глазам открылось небольшое озеро. Его вода была глубокого голубого цвета. Водная гладь была спокойная и ровная, как зеркало отражало чистое небо. Вокруг росла высокая трава. И всё пространство было залито солнечным светом.

— И как тебе? — самодовольно спросил Ильдар.

— Нереально красиво! — я с восторгом смотрела на всё вокруг.

— Не Голубые озёра, конечно, как у вас, но, по мне, тоже ничего, — Ильдар смотрел на то, как я иду к воде, с улыбкой. Он медленно последовал за мной.