Книга Лучший крутой детектив, страница 68 – Александр Чернов, Константин Штепенко, Елена Блинова

— Как кто? — задал я вопрос и сам же на него ответил: — Разумеется, ты!

Все посмотрели на меня с изумлением, а Борис заорал:

— Я?!! Да ты что?!! С ума сошел?!

— Да, действительно, Гладышев, ты уже переступил все границы, — сказал Руслан. — Ты уже каждого из нас обвинял в убийстве Маши кроме Бориса. И вот теперь хочешь все свалить на него?

— Вот именно, — поддакнула Анна Балагурова. — Он-то тут причем?

— Как тебе не стыдно, Гладышев! — стала меня корить Евгения Сафронова. — У человека горе. Он потерял жену… а ты… обвиняешь его в убийстве его супруги. Да где же у тебя совесть, Игорь?

Арина тоже казалась озадаченной. Из всех присутствующих только Сафронов Александр задал резонный вопрос:

— У тебя есть доказательства?

— Доказательств пока нет, но этим делом займется полиция, и они будут. У меня же только пока имеются умозаключения, и я их сейчас вам выложу.

— Да что вы его слушаете?! — взорвался Скобликов. — Надо связать его и заткнуть рот!

— Да погоди ты, Борис! — состроив гримасу, промолвил Руслан Балагуров. — Пусть приведет свои доводы. Дюже интересно, какие на сей раз у него имеются аргументы уже относительно тебя.

— Мне уже можно начать говорить? — обратился я к честной компании.

— Давай, рассказывай! — согласился Саша Сафронов.

Я прочистил горло и неторопливо начал:

— Не так давно Мария Горбунова получила наследство от тетки из Израиля. И Борис задумал заполучить это наследство — убить свою супругу и соединить свою жизнь с любовницей.

Анна Балагурова, сложив у груди руки в безмолвной молитве, смотрела на меня умоляюще.

— Не буду пока называть истинную фамилию любовницы, — внял я ее мольбе.

— А почему бы и не сказать? — спросил Балагуров Руслан.

— Кому интересно, я уверен, вам о том, кто любовница Скобликова, станет известно из уст полицейских… Итак Борис задумал убийство собственной супруги. Для этого он хорошо подготовился, продумал план действий… Господа Балагуровы! — я обратил свой взор к супружеской паре Анне и Руслану. — Вы были первыми гостями в воскресенье на даче у Горбуновой и Скобликова. Правильно?

Оба супруга синхронно кивнули в знак согласия.

— Отлично! — проговорил я с воодушевлением. — А скажите, пожалуйста, делал ли Борис укол своей супруге?

— Да, делал, — согласилась Анна.

— Только не на наших глазах, — подхватил Руслан.

— А где же тогда?

— Он сказал Маше, что ей необходимо сделать укол. Они вышли из гостиной в кабинет, а некоторое время спустя вернулись. Так ведь это было, Борис? — обратился Руслан к Скобликову.

Тот пожал плечами.

— Честно говоря, я не помню. Может быть, так и было.

— Отлично, — вновь сказал я удовлетворенно. Этот ответ мне понравился, и я продолжил: — Так вот Борис вместо обычной инъекции сердечного раствора, который он вводил Маше, сделал ей укол снотворного. Одновременно, делая укол в вену, Борис в то же время забрал небольшое количество крови Марии в шприц.

На квадратном лице Скобликова с большим носом и влажными полными губами возникло презрительное выражение.

— Что ты за ересь несешь?! Черт бы тебя побрал, Гладышев!

— Погоди ты, Боря, — вмешался в разговор Сафронов Саша. — Пусть расскажет свою версию, а потом уже будем думать принять ее или нет.

Не обращая внимания на говоривших, я продолжил:

— Как мною было установлено из опроса подозреваемых Борис выходил из дома, на улицу — якобы для того, чтобы перекрыть водопровод — до того, как Маша отправилась в кабинет. Она была на глазах, а, следовательно, Борис не мог в это время залезть в окно кабинета и убить свою супругу.