Книга Лучший крутой детектив, страница 53 – Александр Чернов, Константин Штепенко, Елена Блинова

— Так что, Анна Балагурова ни в чем не виновата? — Арина сложила на столе свои тонкие холеные руки.

— Выходит так. — Я взял из вазочки печенье, сунул в рот и запил кофе. — Соседка Маши Валентина Владимировна видела, как Анна Балагурова вышла из дому в интересующее нас время и с правой стороны дома направилась к кабинке туалета, а затем вернулась оттуда в дом. Это значит, что у Балагуровой просто не было возможности в моих туфлях, влезть в окно кабинета и убить Машу, ибо в этом случае ей потребовалось бы вдвое больше времени из того, что она затратила на поход в туалет и обратно.

— Понятно, — ответила Арина, пододвигая вазочку с печеньем ближе ко мне. — Каковы твои дальнейшие планы?

— Остались еще двое подозреваемых, это Женя и Саша Сафроновы. Надо теперь их проверить на причастность к убийству Маши.

— И когда ты думаешь ими заняться?

— Завтра с самого утра и займусь.

— Я могу тебе чем-то помочь?

— Нет, Арина, спасибо! — я наложил свою руку поверх руки девушки и не сильно сжал в знак благодарности ее кисть руки.

— Да чего уж там, пожалуйста — красиво очерченные губы девушки тронула едва заметная улыбка.

После ужина Арина сложила посуду в посудомоечную машину, и мы с нею отправились в гостиную. Включили телевизор. Особо интересных передач не было, и я прямо здесь в гостиной на диване овладел девушкой. В этот вечер я был с нею особенно страстным и в то же время нежным. О, это был настоящий праздник любви. Арина в полубессознательном состоянии изгибалась подо мной, стонала, ее руки блуждали по моей спине, а ноги переплетались с моими ногами. Мы были единым цельным организмом, этаким пульсирующим клубком нервов, страсти и одержимости. И ничего в мире для нас больше не существовало кроме наших тел и объятий. За этот вечер мне удалось не раз исторгнуть из девушки крик любви, да и самому издать не один раз победный клич. Уснули мы далеко за полночь, тесно прижавшись друг к другу.

На следующий день с утра пораньше я умылся, побрился, оделся и, попрощавшись с Ариной, выскользнул на улицу. Принимать в дальнейшем помощь Арины я наотрез отказался. Хватит того, что девушка рискует нарваться на неприятности с законом тем, что укрывает меня у себя дома, так что лишний раз с ней показываться на людях я с ней желал. В этот день в два часа дня должны были состояться похороны Маши, Арина отпросилась к этому времени с работы, я же по понятным причинам присутствовать на похоронах Горбуновой не мог. Жаль, мне бы очень хотелось проститься с Марией.

Я дошагал до станции метро, спустился под землю, а тридцать минут спустя вынырнул из нее на свет божий. Саша и Женя Сафроновы жили в пяти минутах ходьбы от станции метро, где их дом я уже знал — пару дней назад мы с Ариной приезжали сюда на разведку, а потому вскоре прибыл по нужному мне адресу. Дом был кирпичный девятиэтажный. Рядом детская площадка. Потом шел забор детского садика, за детским садом возвышался еще один дом, образовывая колодец, высились два дома по бокам. Я сел на скамеечку сбоку от детского сада под углом через две стороны железного забора мне был виден подъезд, в котором располагалась квартира четы Сафроновых. Вскоре из подъезда вышли две пожилые женщины. Одна была полная, фигурой похожая на куклу-неваляшку, а лицом на старуху сказительницу из кинофильма «Морозко». Вторая была сухая, морщинистая, с крючковатым носом. Первая одетая в синее с белыми ромашками летнее платье вторая — в брючный костюм темного цвета. Старушки, очевидно, были соседками по подъезду, пенсионерками. И вот вдвоем, коротая время, вышли на улицу поболтать. Они прошли на детскую площадку с горками, рукоходами, корабликом и прочими элементами детской площадки необходимой для физического развития малышей. Не заметив меня, уселись на лавочку, оказавшись спиною ко мне. Некоторое время спустя из подъезда вышли Женя и Саша Сафроновы. Они сели в автомобиль «Ленд Крузер Прадо» и выехали со двора. Гнаться за ними я не стал, чета Сафроновых меня сейчас не занимала, больше интересовали две бабушки-подружки, сидящие на лавочке. И тем не менее, поднявшись, я прошел мимо них к подъезду. А пару минут спустя вышел, всем своим видом выказывая расстройство. Подошел к старушкам, они продолжали общаться между собой, не обращая на меня никакого внимания.