Онлайн книга «Лучший крутой детектив»
|
— Мне кажется, у Ванечки исключительные способности к художеству. А учиться этому следует только в Италии. — Ты права, дорогая. И знаешь, сейчас везде спокойнее, чем в России. Но… вы ищите нового гувернера? — Увы. Где найти второго мсье Сержа? — Позволь, вы откажете ему от места? — Это он покидает нас. Оказывается, в гостиной безобразно натоплено. Вся кровь бросается Анастасии Федоровне в лицо, дышать трудно. Следует выйти на улицу. Только найти в себе силы дослушать, узнать. — Вот как? Вы разве не поладили? — Стази, он женится! Это очаровательный маленький скандал. Шереметева через силу прикасается к принесенным лакеем бисквитами. Женится! А Лепие самозабвенно продолжает: — Понимаешь, как нам с тобой повезло, дорогая! Хвала небесам, у нас сыновья. Остается только посочувствовать баронессе Р. Мир перевернулся с ног на голову, ты не находишь? Богаты, имениты, могли бы сделать такую партию! И отдадут дочь за… гувернера иностранца. Анастасия Федоровна справилась с эмоциями, насколько возможно и предприняла попытку поддержать разговор на интересующую ее тему: — Но почему они не прогонят в три шеи такого искателя? — Стази, ты, вправду, совсем ничего не слыхала? Твое затворничество до добра не доведет. Об этом все говорят. Скандал в том, что гнать его уже… поздновато, — Лепие поиграла соболиными бровями. — Но, как гувернеру, я дала бы ему отменные рекомендации. Впрочем, они едва ли понадобятся. Ведь Зиночка единственная наследница Р. и старых Л. Подобно грозовой туче налетела Анастасия Федоровна на Замок. Попадавшиеся ей навстречу дворовые и слуги надолго запомнили тот день. Перед ними не стоило сдерживаться, а встретить дома кого-то своего круга можно было не бояться. Графиня без памяти бросилась в башню. Откуда взялись силы? Бронзовыми подсвечниками она крушила секретер, тахту, стол, выбила стекла и изорвала покрывала. По лестнице вниз летели поленья. Только чугунная печь устояла в неравной схватке. Трудно решить, чего больше было в этом бесновании, животной ревности, или оскорбленного самолюбия, страха, что какой-то плебей смеялся над ее запоздалой весной. Нет, это не ревность. К чему ревновать? Молоденькая баронесса Р. некрасива и неумна. Мерзавец не мог полюбить ее действительно. Но тогда — расчет. О, как она могла так ошибиться? На крик хозяйки прибегает управляющий. Она уже успокоилась и с пожилым немцем ведет себя вполне достойно. — Сию же минуту прикажите убрать отсюда все. Все! — Куда прикажете… — Сожгите. — Могу я отдать печь в людскую? Скоро зима и… Графиня уже спускалась вниз и заперлась в своих комнатах. Спустя пару дней она велела немому Семену, который служил посыльным между ней и мерзавцем, отнести последнему записку. Коротко и в самых сдержанных выражениях она «сожалела» о том, что любовь их умерла, «уверяла», что расстаться им надлежит по-человечески, и, «требовала» привезти и вернуть письма, «назначала» встречу в своей приемной. Последнее обстоятельство должно было навести адресата на мысль, что для нее все действительно кончено. К встрече Анастасия Федоровна готовилась тщательно. Она надела наряд лучший из самых простых, соболиная оторочка на капоте отлично подчеркивала белизну плеч. Прическа и макияж — неброски, но безупречны. Освещение, призванное подчеркнуть достоинства и скрыть недостатки было несколько приглушенным. На столе стояла шкатулка из черного металлического кружева на ножках — лепесточках. Мезансцена была подготовлена. Мерзавец должен хорошо запомнить, что именно он потерял сегодня. |