Книга Лучший крутой детектив, страница 220 – Александр Чернов, Константин Штепенко, Елена Блинова

Из джипа, неторопясь и поигрывая жевлаками, вышли двое спортивного вида мужчин. Пассажир, высокий, стриженный почти до лысины, шагнул к мазде, отрезая девушке обратный путь. Водитель — чуть поменьше ростом, одетый в короткую черную куртку, мерзко пробасил:

— Ты че, овца белобрысая, глаза дома оставила? Чуть не втюхались.

— Я… я… — Это все, что смогла ответить явно не привыкшая к подобному обращению владелица мазды.

— Че я? Деньги давай, все, что есть — компенсация морального ущерба.

— Но все же обошлось. Если хотите, я позвоню в милицию…

Девушка справилась с голосом и достала из кармана пальто мобильный телефон. Пассажир джипа, стоящий позади, сейчас же выхватил трубку из ее рук.

— Первый взнос, — хохотнул он. — Доставай остальное, пока проценты не набежали.

Девушка беспомощно оглядела пустой переулок и окна ближайшего дома, но те взирали на происходящее темными прямоугольниками с полнейшим равнодушием. Прохожих в поздний час не наблюдалось, а видеть Волкова и Сомова, замерших в стороне за ее спиной, она не могла. Оказавшись без телефона и не имея возможности укрыться в салоне авто, девушка вдруг зарыдала.

Попадать в сводку происшествий по городу, а пахло именно ею, страшно не хотелось. Но пройти мимо…

— Она права, мужики. ГАИшников надо, если у вас претензии. А за возмещением морального ущерба — в суд, — приблизился к ним — в свет фонаря Волков.

— Шел бы ты, умник. Сами разберемся.

— Не уходите! Ради бога, не уходите, — сквозь слезы запричитала девушка.

— Телефон ей верни, — плечом к Волкову подступил Сомов.

Так оказалось надежнее.

— Ах ты… еще рот открывать… Жить надоело?

Пассажир шагнул к Гене и, замахнувшись, попытался ударить в голову. Но тот, видать не плел про разряд, успел увернуться, принял стойку. Девушка завизжала. Грязно выругался водитель. Ударивший в холостую потерял равновесие, оступился и…

Внезапно Волков забыл про то, что он офицер милиции, и о сводке по городу забыл. Адреналин волнами бросился в кровь. Водитель рванул на помощь товарищу, а Волков — ему наперерез. Столкнувшись, они упали на асфальт и вслепую нанося друг другу удары, покатились к заборчику, отделявшему проезжую часть от полисадника под высокими окнами девятиэтажки.

Здесь обоим удалось принять вертикальное положение. Водитель, по звериному рыча и сопя, пытался нащупать что-то во внутреннем кармане куртки. Раздумывать, что именно он ищет, было некогда и Волков, вдохновленный боксерским зрелищем, ударил кулаком в солнечное сплетение. Противник согнулся пополам и перевалился в полисадник, где осел на облысевшую в холодное время года альпийскую горку. Света фонаря хватило, чтобы разглядеть, как рука его нащупала и схватила небольшой с пол-головы гладкий валун, украшавший эту малую архитектурную форму.

Волков кожей почувствовал: если позволит водителю поднять камень, случится что-то нехорошее. Эта мысль, казалось, утроила его силы. Но делать ничего не понадобилось.

— Сделай руки в стороны и ложись лицом вниз, — послышался из-за спины срывающийся голос Гены.

Волков покосился назад, не решаясь выпустить простивника из поля зрения. Рядом с ним стоял Сомов. В правой руке он держал пистолет, направленный на водителя.

— Что, может и выстрелишь? — тяжело пропыхтел последний.