Книга Предатель. Я не твоя, страница 47 – Элен Блио

Ирина Леонидовна обнимает меня, когда у дома мы выходим из машины Ильдара.

— Пойдем, детка, тебе надо отдохнуть.

— Я к себе пойду.

— Не надо тебе сейчас одной быть.

— Я хочу. Мне… мне надо именно так, пожалуйста. Спасибо вам за всё.

— Что ты, детка, мы же не чужие люди. Ну… иди, может, так и лучше. Я… я еще тебе сказать хотела. Просто послушай меня. Я жизнь прожила уже большую, всякое было. Этот… этот Демьян. Он же отец, да?

Конечно, она поняла про ребёнка. Хотя тошнило меня тогда только один раз.

Молчу, никак не отвечаю И так всё ясно.

— Я не знаю, что произошло, но поговори с ним. Не руби с плеча. Выслушай. Даже если сильно был не прав. Я вижу, что он хочет всё исправить. Раскаивается он. Выслушай. Ребёнка без отца не оставляй. Любит он тебя.

Любит.

Только сейчас от этой любви у меня стынет кровь. Сердце на тормозе.

Какая любовь?

Дом встречает какой-то дикой, немыслимой пустотой. Там как-то странно чисто, даже пыли не видно. Захожу в комнату деда. Запах его чувствую. Немного табака. Одеколон. Еще что-то неуловимое, что скоро исчезнет. Я знаю. Так всегда было. С папой Даринки не помню, а с мамой — отчётливо. Когда в квартире перестало пахнуть ею. Потом так же с бабушкой.

Ложусь на диван в гостиной, укрываюсь пледом.

«Ребёнка без отца не оставляй»…

«Если ты будешь со мной, думаю он… он там, в лучшем мире, будет… будет спокоен за тебя»…

Засыпаю.

Просыпаюсь ночью. Пить хочу. На кухне со стаканом воды подхожу к окну. Черный внедорожник Демьяна стоит под окнами. Я знаю, что это его машина. Он там.

Зачем он там? Неужели не понимает? Большая фигура отделяется от корпуса автомобиля — он стоял, прислонившись спиной к двери, теперь отошёл. Смотрит на окна. Это видно так отчётливо.

У меня горит ночник. Значит, Демьян меня тоже заметил.

Нужно поговорить. Раз и навсегда объяснить, что всё кончено и ничего нет и не будет.

Беру телефон, пишу сообщение. Открываю дверь.

Три минуты проходит.

— Злата…

— Уезжай, Демьян.

— Ты за этим меня позвала?

— Да. Уезжай. Женись. Живи своей жизнью.

— Нет.

Упрямый. Какой же он упрямый!

— Я не женюсь. Если не на тебе, то…

— Как ты себе это представляешь теперь?

— Просто. Я хочу исправить свою ошибку.

— Ты называешь это ошибкой? — почему меня так дико коробит от этих слов? — Скажи, Демьян, а если бы дед был жив, ты…

— Да, Злата. Если бы он был жив, я бы тоже пришёл к тебе.

— Мы об этом не узнаем.

— Ты не веришь мне? Я… я никогда тебя не обманывал.

— Неужели? Хватит, Демьян. Просто уходи.

— Вспомни телефонный разговор. Я позвонил, сказать, чтобы ты забыла о том, что я наговорил. Я понял, что не прав. Что не могу вот так. Когда я слушал отца, мне казалось, что иначе нельзя, что всё логично. Что мне нужно спасти положение, семейный бизнес, семью. Но пока я был там, на заводе, на шахтах, я понял, что при всей важности этого — оно не стоит тебя. Я люблю тебя, понимаешь? Ты мне важна. Важнее всего! Ты, Злата.

— Не надо, Демьян. Слишком… слишком поздно.

— Ничего не поздно пока мы живы, слышишь? Ничего. Я готов бороться.

— Бороться? С кем? Со мной?

— Злата…

— Тут не с кем бороться. Слабая девушка, которая тебе доверилась. Совершила ошибку. Только и всего. Больше я ошибки не повторю. Уходи, Демьян.

— Я не уйду.

Он делает шаг, другой…

Я на это не рассчитывала. Была уверена, что Демьян не станет, не посмеет тронуть меня! Нет!