Онлайн книга «Предатель. Я не твоя»
|
Сбрасываю вызов. Внутри всё горит огнём. Захожу в салон, приветливая бортпроводница указывает моё место, предлагает напитки. Пару капель успокоительного не помешает, лучше пять звёзд. Сообразительная девушка всё понимает и через пару минут приносит бокал с толстыми стенками. Смотрю в иллюминатор. Ночь. Фонари горят ярко. Скоро взлетим. Скоро я буду в Москве, рядом со Златой. Думаю, я уже принял решение. Я всегда буду рядом с ней. Брак по расчёту? Сохранение компании? Чёрт. Лучше я пойду на поклон к Мирзоеву и… отдам ему сестру, если она ему реально так нужна! Пусть! Самолёт разгоняется, меня вжимает в кресло. Я никогда не боялся летать, но тут почему-то сердце сжимает дикий страх. Если со мной что-то случится, что будет со Златой? О ней в первую очередь думаю. О ней. Не об отце с матерью, не о семье, не о сёстрах. О ней. И плевать, что там будет с бизнесом. С компанией. Сейчас отчетливо понимаю это. Мне плевать. Мне нужна она рядом. И всё. «…долго ли ты будешь нужен своей шалаве, без денег, без состояния, нищий» … Слова отца звенят в моей голове. Нищий. Да, плевать, хоть и нищий. Хотя, конечно, нищим я не буду. Даже если потеряю всё. Голова на плечах есть, руки, ноги есть, образование, умение, связи… И потом, моя Злата не из тех, кто душу готов продать за материальное. Она как раз совсем другая. Девочка моя. Вспоминаю её глаза, когда платье ей подарил. Как краснела всегда, что-то от меня принимая. Как возмущалась, когда я ей телефон приволок. Она не меркантильная. Она настоящая. Она всё поймет. Только бы приняла меня сейчас, только бы… Самолёт трясёт, сначала мелко, потом ощутимо. Соседка, сидящая через ряд ойкает, начинает креститься… — Уважаемые пассажиры, наш самолёт вошёл в зону турбулентности… А у меня вся жизнь вошла в зону турбулентности. Что ж. Прорвёмся! Пристегните ремни! Глава 27 — Злата… Не хочу открывать глаза. Не хочу просыпаться. Что он тут делает? Зачем? — Маленькая моя… Молчу. Пусть он уйдёт. Пусть! Или… пусть мне это снится. Пусть Демьяна нет в этой комнате. Минута проходит, другая. Слышу, как он отходит. Еще слышу приглушенные голоса. Могу я встать? Поднимаю голову. Сразу напарываюсь на его взгляд. Хочется зажмурится, что я и делаю. Но поздно. Он рядом. Стоит на коленях. — Злата. Прости меня. Простить? Вот так просто? И это что, вернёт мне деда? Или, может, вернёт веру в чувства? В любовь? Поздно. Слишком поздно. Поднимаюсь. Вижу в дверном проеме маму Ильдара, киваю ей. — Златочка, детка, вставай, насчёт похорон надо, и вообще… покушать тебе. — Я решу всё, насчёт похорон. — Нет! — у меня прорезается голос, котя я хотела бы никогда больше не говорить с этим человеком. — Нет. Уходи, Демьян. Мне не нужна твоя помощь. — Злата. — поднимает взгляд. Он у него мрачный, больной. Решительный. Но я и сама решительная. И сейчас у меня в груди ледяная плита, которая давит. Давит, заставляя забыть всё хорошее, вообще забыть о том, что нас связывало с Демьяном. Он мой враг. Я ненавижу его. Он сделал всё, чтобы это было так! — Злата, выслушай меня. Я… Закрываю уши руками, вскрикиваю. Демонстративно. Смотрю. Выжигаю взглядом на его сердце крест. Медленно. Вожу раскаленной иглой моей ненависти по гладкому камню, который лежит в его груди. По камню, который смог сказать любимой девушке о том, что женится на другой. Что та, другая, достойна быть матерью его детей, его супругой, в горе и в радости. А я… та, что любила больше жизни, та, что всю себя отдавала, растворялась, таяла, готова была на всё ради него — я гожусь только на роль постельной грелки, сладкой любовницы, между ног которой он хотел бы найти удовольствие и огонь. |