Книга Анастасия, ты прекрасна!, страница 69 – Владимир Атомный

Я поражённо умолк. Посмотрел направо, где в открытой двери шкафа видно коробочку с какой-то одеждой. Висит хвостик скани — бледно-коричневого цвета, с молочной оборкой снизу и сверху. Кажется, нижнее бельё.

Не удержавшись, показал пальцем:

— Это трусики?

— Ага, — почти радостно кинула она и с готовностью подошла. — Вот эти с мишкой.

Я оглядел растянутые ею шортики с хмурым миловидным мишкой посередине.

— Классные.

— Да, очень, — отвернулась она к шкафу. — Вот эти, кстати тоже. Но они не очень удобные.

Что-то типа стринг — с тонкими лямками, узким треугольником спереди и просто шнурком сзади. На клочке ткани качественный принт кошачьего носика.

Я показал ей большой палец. И понеслась… вскоре я увидел весь немалый выбор белья. Казалось бы — вот он намёк! Жирный, явный, любому парню понятный, но только если не знать Мышь. Памятуя случай в столовой и вообще, хорошо осознаю, что в ней сейчас нет ни грамма вожделения.

— Мыша, а можно нескромный вопрос?

— Нескромный? — склонила она набок голову.

— Ага, личного характера. Даже интимного.

— Так-так… это ведь… такие вопросы, на которые можно не отвечать. И… я могу даже сказать «нельзя», да?

Меня разобрал лёгкий смех.

— Именно так.

— Но ты мой коллега. Это как друг. Можно сказать, что близкий человек. Да и… хорошо, спрашивай.

— Случайно вышло, что я видел твоё нижнее бельё…

Пока замялся, Мышь с лёгким всплеском эмоциональности вставляет:

— Так это же я тебе показывала.

— Нет, которое на тебе, — махнул я рукой. — Пару раз за эту смену. Скажи, зачем ты удаляешь волосы в зоне бикини?

Она несколько секунд продолжала смотреть на меня, словно ещё не закончил мысль. Потом голова слегка дёрнулась, Мышь заморгала…

— А я не удаляю. То есть мне не нужно. Не растут. И на подмышках тоже.

Я раскрыл рот, но не нашёлся с ответом.

— Мама сказала, что это какой-то сбой в генетике.

— А-а… ну-у… логично.

Разговор зашёл в тупик. Понятно, что если бы Мышь была не собой, а кем-то другим, то подобные разговоры привели нас к постельному итогу. Хлопнув по коленям, я поднялся. Ещё раз впитал образ миловидного гнёздышка, вдохнул его ванильный аромат.

— Тебе, вроде, ещё один домик остался?

— Ой! — застыла она. — Спасибо, что напомнил.

— Тогда пошли вместе.

Стоило нам покинуть корпус, как на самом крылечке столкнулись с Кошкой. Бежит, что-то придерживая сверху, под ключицей.

— Ты чего? — перехватил я, помахав Мыши.

— Да, блин! Лямка лифчика оторвалась, — трагично посмотрела она и тут же рассмеялась. Я тоже.

— Ребята заметили? — вскинул я бровь.

— Не-е-ет! — выдохнула она, сделав большие глаза. — Показывала им там на доске, руку подняла… ещё утром ниточки видела, нет что б, дура, зашить!

Тут её взгляд нашёл сначала пакетик в руке, а потом, вдруг, упёрся в карман, куда я запихнул духи.

— Сокол, это то, что я думаю?

— Да, — понуро отозвался я и полез отдавать. — Возьми тогда по-отдельности, вот тебе пакетик, а вот подарок.

Повисла тишина. Дрожащими руками Кошка приняла квадратный коробок, разукрашенный под сине-голубой мрамор. Не глядя забрала пакет. Потом опасливо оглянулась и ка-а-ак завизжит! Бросилась на меня, давай целовать и обтираться мокрым от слёз лицом.

— Сашка, Соколок!.. Я просто в шоке! Не верю своему счастью, — затараторила она. — Такого не может быть, но, как ты и говорил, это случилось. Значит нужно постараться поверить. Но…