Книга Розовый мед – 4: Зимний сезон, страница 94 – Владимир Атомный

Мы поднялись, я пошёл за гелем, а Кошка в комнату за остальными вещами. Дело это секундное, потому я оказался в коридоре быстрее неё. Разум столкнулся с выбором: бежать «по запаху» или остаться и быть человеком? Вздыхая и хмурясь, я терзался выбором. Очевидно, что один раз ничего не изменит, причём в обоих вариациях. Наше влечение друг к другу похоже на сход лавин с противоположных склонов одного ущелья. Можно не напрягаться, быть прежним озабоченным слизняком и двигаться по навигатору в виде члена. Я же только ради Кристины вымучиваю из себя нормального парня, Неколине такой не только не нужен, но и может даже разочаровать.

Сердце мощно бьётся, ладони давно взопрели, а дыхание скованное и поверхностное. Тянет низ живота, а членом хочется или потереться о Чёрную Кошку, или хотя бы потискать его рукой.

— Мастер? — тихо подошла она сзади.

Загнанным взглядом посмотрел на неё.

— Да я это…

— Мне казалось, вы зайдёте.

— Хотел… точнее, хочу, но…

Она смело встретила взгляд и с готовностью впитывает каждый эмоциональный посыл. Прежде чем что-то конкретное слетело бы с моих губ, начала шептать сама:

— У этой комнаты уже есть хозяйка. Не нужно мучить себя сомнениями в отношении меня, Мастер. Для этого есть Сонетта. Даже лишняя ресничка упавшая с её глаз может иметь значение. Я хорошо понимаю вас. И даже умоляю быть сдержанным, как всегда. Вы же знаете о чём все мои фанфики, если быть неосторожным, наша фарфоровая куколка разобьётся и всё потеряет смысл. Уверена, что мы с вами хотим одного и того же.

Шумно сглотнув, смог только кивнуть.

— Я… — заикнулась Неколина, прерванная собственными чувствами, — меня сжигает настоящее пламя желания к ней. Иногда я не могу заснуть, не могу удовлетвориться ласками себя, так как фантазия рисует самые развратные и плохие сценарии. Представляете, Мастер, засыпая я вижу ваш член, который вы вынимаете из тугой письки Сонетты. Он весь измазан семенем и кровью. Тогда я бросаюсь к вам и всё это слизываю. Оно… сводит меня с ума. Чем сильнее жажда, тем сильнее я хочу оберегать нашу Сонеточку. И поэтому прошу вас тоже быть к ней осторожным. Сонетта — источник который мы должны беречь.

Я потянул Неколину от перил ближе к стене, где намного темнее и дежурный свет из зала не попадает. Сжал плечи, ощущая внутреннюю бурю:

— Если честно, мне не хотелось бы соглашаться с тобой. Именно в моменте всей это крови, страданий и прочего.

— Понимаю, Мастер.

— Но ты, блин, совершенно права что у нас одни желания на двоих. Как, вот, говоришь, выпить источник досуха и наоборот — не прикасаться к нему. Беречь, словно мы светлые паладины.

— Поэтому и не стоит держать меч ножнах, господин Паладин.

— Ты мелкая дрянь! — не сдержавшись выдохнул я, хватая её за шею и крепко прижав к стене. Подсев, я упер член между ног Чёрной Кошки и тоже вжал.

— Мастер, — успела прошептать она до начала поцелуя.

Свободной рукой, в два приёма, я стянул с неё штаны вместе с термо и трусами. Давление на шею ослабил. Клёпка на моих штанах поддалась давлению пальцев и с сухим щелчком открылась, следом тихо взвизгнула молния. Испытывая дрожь в теле, я спустил всё необходимое, высвобождая член. Тут же приставил в заветный уголок. Мы оба стоим, у меня нет мыслей куда и что больше хочется, есть только неутолимое стремление начать!