Книга За твоей спиной, страница 39 – Лина Коваль

Если к нам присоединялись его друзья со своими семьями, чаще всего муж был раздражен. На общих ужинах при всех вежливо улыбался, а в номере срывался. Я в таких случаях думала, что понимаю Агату, которая сбежала от Германа прямо перед отъездом.

— Ты давно купил этот дом?

— Чуть больше двух лет. Я нашел его недостроенным, но удалось быстро договориться со строительной фирмой. Они справились меньше чем за три месяца.

— Получилось чудесно…

Со стороны спальни раздаются быстрые шаги.

— Ну что? — расслабленно смеюсь, глядя на сына. — Пить? Есть? В туалет?

Он, стоя в новенькой пижаме, хитро на нас смотрит и прищуривается.

— Пить, — выдает, немного подумав.

— Ясно. Пить так пить. — Ставлю бокал на журнальный столик.

Пока иду на кухню, чувствую на себе внимательный взгляд. Осознание, что мы здесь одни и впереди целая ночь, бьет в голову сильнее, чем легкий алкоголь.

Лука намеренно долго пьет, а затем смотрит на меня, задрав голову, и складывает губы бантиком.

— Иди спать, Лу, — прошу его, теребя смешной хохолок на макушке.

— Я хочу с тобой.

— Со мной ты будешь дольше засыпать, — настаиваю. — Я приду чуть позже. Тебе страшно?

— Нет, — отвечает не задумываясь. — Мне… скучно.

— Вот и отлично. Значит, ты быстро заснешь.

Он понуро бредет обратно, а я, дождавшись, когда закроется дубовая дверь, иду к креслу. Правда, дойти не успеваю, мое запястье обхватывает мужская ладонь.

— Иди-ка ко мне, — зовет Расул и тянет к себе на колени.

С жадным, практически осязаемым удовольствием оцарапываю пальцами пресс, твердые мышцы на груди и плечи. Чуть съехав с кресла, Хаджаев устраивает меня поудобнее и тянется за моим бокалом.

Забираю его, пытаясь скрыть возбуждение. Мое бедро упирается во вздутую ширинку, которую я половину дня так искусно игнорировала. И что это как не предложение?

Не рука и сердце, конечно. Они у него отданы другой.

А я?..

Могу ли я себя почувствовать женщиной?

Забыть обо всем? О Германе? О Мадине? О Рашиде с его дурацким стариковским характером и традициями?

О том, почему вообще здесь оказалась?

Быть просто его… Я ведь помню, как это… потрясающе!

— Ты вкусно пахнешь, Таня, — шепчет он, разбирая на локоны мои волосы.

— Духами?

— Едой…

— О нет.

— Я, может быть, только и мечтал, чтобы от тебя едой пахло…

— Потому что ты вечно голодный, — усмехаюсь, вспоминая наше общение в Дубае.

— Только если дело касается тебя, — склоняется и интимно трется носом о мою грудь.

— Боже… Рас… Я…

Детские шаги заставляют нас отпрянуть друг от друга. Резко вскакиваю, забыв о бокале. Обливаю белую майку и джинсы красным вином. Просто отлично!..

— Мам… Полежи со мной, — еще и Лука канючит.

— Пойдем-ка, брат, — поднимается Расул с места, поигрывая желваками на скулах. — Я с тобой побуду, пока ты не уснешь.

— Можно и с тобой, — все же разочарованно рассуждает сын, хватаясь за большую руку. — С тобой тоже не страшно.

Они уходят, а я сдавливаю грудь в районе сердца ладонью, чтобы оно наконец-то успокоилось.

Зайдя в ванную комнату, лихорадочно стягиваю майку, джинсы и белье. Включаю душ и закрываю полупрозрачные створки. Кожу печет от необыкновенного по силе возбуждения. Смываю вино с груди и прячу волосы в шишку, чтобы не намочить.

Умываю чистой водой глаза. Руки предательски дрожат.